Глава 57. То, что Он не способен ни согрешить, ни умереть, ни уничтожить Себя, не умаляет Всемогущей силы Бога
Поскольку, говорит он, поскольку нам не свойственно грешить, мы способны грешить и избегать греха. Что тогда, если другой скажет: Поскольку нам свойственно не желать несчастья, мы можем как желать его, так и не желать его? И все же мы положительно неспособны желать этого. Ибо кто мог бы пожелать быть несчастным, даже если он желает чего-то другого, из-за чего несчастье последует за ним против его воли? Опять же, поскольку в бесконечно большей степени от Бога зависит не грешить, осмелимся ли мы поэтому сказать, что Он способен как грешить, так и избегать греха? Боже упаси нас когда-либо говорить, что Он способен грешить! Потому что Он не может, как полагают глупые люди, не быть всемогущим, потому что Он не может умереть или Он не может отречься от Себя. Что, следовательно, автор имеет в виду? Каким способом речи он пытается убедить нас в том, что он сам не хочет рассматривать? Ибо он делает еще один шаг вперед и говорит: Поскольку, однако, не от нас зависит быть способными избежать греха; даже если бы мы пожелали не быть способными избежать греха, не в нашей власти быть неспособными избежать греха. Это сложное предложение, и поэтому оно очень неясное. Однако это можно было бы выразить более ясно примерно так: Поскольку способность избегать греха не от нас, тогда, хотим мы этого или не желаем, мы способны избежать греха! Он не говорит, хотим мы этого или не желаем, мы не грешим, — ибо мы, несомненно, грешим, если хотим, — но все же он утверждает, что, хотим мы того или нет, у нас есть способность не грешить, — способность, которую он объявляет присущей нашей природе. О человеке действительно, можно сказать, что у того, у кого ноги крепкие и здоровые, достаточно допустимо, хочет он того или нет, у него есть способность ходить; но если его ноги будут сломаны, как бы он этого ни желал, у него нет такой способности. Природа, о которой говорит наш автор, искажена. Почему прах и пепел гордятся? (Сирах 10:9). Это то, что искажено. Это требует помощи врача. Спаси меня, Господи, — это его крик; исцели мою душу, восклицает он. Почему он сдерживает такие вопли, чтобы помешать будущему здоровью, настаивая, так сказать, на его нынешней способности?
Глава 58. Даже благочестивые и богобоязненные люди сопротивляются Благодати
Обратите также внимание на то, какое замечание он добавляет, которым, как он думает, подтверждается его позиция: Никакая воля, говорит он, не может отнять то, что, доказано, неразрывно заложено в природе. Откуда же тогда это высказывание: Значит, вы не можете делать то, что хотели бы (Гал. 5:17). Откуда также это: Чего бы я ни хотел доброго, я этого не делаю; но какое зло я ненавижу, я делаю (Рим. 7:15). Где та способность, которая, как доказано, неразрывно заложена в природе? Видите, это человеческие существа, которые делают не то, что хотят; и, конечно же, апостол говорил о том, чтобы не грешить, а не о том, чтобы не летать, потому что его темой были люди, а не птицы. Вот, это человек, который не делает то добро, которое он хотел бы, но делает зло, которого он не хотел бы: желание присутствует в нем, но как совершать то, что является добром не присутствует ( Рим. 7:18). Где способность, которая, как доказано, неразрывно заложена в природе? Ибо, кого бы ни представлял апостол сам по себе, если он не говорит все это от себя, он, безусловно, представляет человека самого по себе. Однако наш автор утверждает, что наша человеческая природа на самом деле обладает неотделимой способностью вообще не грешить. Однако такое утверждение, даже если оно сделано человеком, который не знает о последствиях своих слов (но это невежество вряд ли можно отнести к человеку, который предлагает эти утверждения для неосторожных, хотя и богобоязненных людей), приводит к тому, что благодать Христа не имеет никакого действия, поскольку делается вид, что человеческой природы достаточно для ее собственной святости и оправдания.
Глава 59. В каком смысле Пелагий приписывал Божьей Благодати нашу способность не грешить
Однако, чтобы избежать ревности, с которой христиане охраняют свое спасение, он парирует их вопрос, когда они спрашивают его: Почему вы утверждаете, что человек без помощи Божьей благодати способен избежать греха? говоря, что реальная способность не грешить заключается не столько в силе воли, сколько в необходимости природы. Все, что связано с необходимостью природы, несомненно, принадлежит Автору природы, то есть Богу. Как же тогда, говорит он, это можно считать сказанным без благодати Божьей, которая, как показано, особым образом принадлежит Богу? Здесь выражается мнение, которое все это время держалось на заднем плане; на самом деле, нет способа постоянно скрывать такую доктрину. Причина, по которой он приписывает благодати Божьей способность не грешить, заключается в том, что Бог является Автором природы, в которой, как он заявляет, неразрывно заложена эта способность избегать греха. Всякий раз, когда Он чего-то желает, Он, без сомнения, это делает; а чего Он не желает, того Он и не делает. Итак, везде, где есть эта неотделимая способность, не может возникнуть никакой немощи воли; или, скорее, не может быть одновременно наличия воли и неудачи в исполнении (Рим. 7:18). Тогда, в таком случае, как получается, что желание присутствует, но как исполнить то, что является добром, отсутствует? Теперь, если автор работы, которую мы обсуждаем, говорил о той природе человека, которая была изначально создана безупречной и совершенной, в каком бы смысле ни воспринималось его изречение, что она обладает неотделимой способностью, то есть, так сказать, той, которую нельзя утратить, тогда вообще не следовало упоминать о той природе, которая может быть испорчена и которая может потребовать врача, чтобы вылечить глаза слепых и восстановить ту способность видеть, которая была утрачена из-за слепоты. Ибо я полагаю, что слепой хотел бы видеть, но не способен; но всякий раз, когда человек хочет что-то сделать и не может, у него есть воля, но он потерял способность.