То, что покаяние, действительно, само по себе, которое, вне всякого сомнения, является действием воли, приводится в действие милостью и помощью Господа, утверждается блаженным Амвросием в следующем отрывке из IX книги того же труда: Благ, говорит он, это слезы, которые смывают грех. Те, на кого Господь наконец поворачивается и смотрит, скорбят. Петр сначала отрекся от Него и не плакал, потому что Господь не обернулся и не взглянул на него. Он отрекся от Него во второй раз и все еще не плакал, потому что Господь даже еще не повернулся и не взглянул на него. В третий раз, когда Он также отрекся от Него, Иисус повернулся и посмотрел, а затем очень горько заплакал. Пусть эти люди прочтут Евангелие; пусть они подумают о том, что Господь Иисус был в тот момент внутри, слушая главу священников; в то время как апостол Петр был снаружи (Мтф. 26:69, 71) и внизу в зале (Мк. 14:66), сидя в одно время со слугами у огня (Лк. 22:55), в другое время стоя (Иоан.18:16), как показывает наиболее точное и последовательное повествование евангелистов. Поэтому нельзя сказать, что Господь обратился к нему телесными очами и посмотрел на него с видимым и очевидным предостережением. Итак, то, что описано в словах: Господь повернулся и взглянул на Петра (Лк. 22:61), было совершено внутренне; это было совершено в разуме, совершено в воле. По милосердию Господь тихо и тайно приблизился, коснулся сердца, вызвал память о прошлом, Своей собственной внутренней благодатью посетил Петра, взбудоражил и вывел наружу во внешних слезах чувства своего внутреннего человека. Смотрите, каким образом Бог присутствует со Своей помощью в наших желаниях и действиях; смотрите, как Он действует в нас, чтобы мы могли хотеть и делать.
В той же книге тот же святой Амвросий снова говорит: Теперь, если Петр пал, который сказал: «Хотя все соблазнятся, но я никогда не соблазнюсь», кто еще может справедливо мнить о себе? Давид на самом деле, поскольку он сказал: «В моем процветании я сказал, что я никогда не поколеблюсь», признается, насколько пагубной была его уверенность, доказанная самому себе: «Ты отвернул Свое лицо, — говорит он, — и я был обеспокоен». Пелагий должен прислушаться к учению столь выдающегося человека и следовать его вере, поскольку он высоко оценил его учение и веру. Пусть он слушает смиренно; пусть он следует с верностью; пусть он больше не предается упрямой самонадеянности, иначе он погибнет. Почему Пелагий решил быть потопленным в том море, откуда Петр был спасен Скалой?
Пусть он прислушается также к тому же благочестивому епископу, который говорит в VI книге этой же книги: Причина, по которой они не приняли Его, упоминается самим евангелистом в этих словах: «Потому что Его лицо было таким, как будто Он собирался идти в Иерусалим» (Лк. 9:53). Но у Его учеников было сильное желание, чтобы Он был принят в самарянский город. Бог, однако, призывает того, кого Он соизволит, и кого Он пожелает, Он делает благочестивым. Какое мудрое понимание человека Божьего, почерпнутого из самого источника Божьей благодати! Бог, говорит он, призывает, кого Ему угодно, и кого Он пожелает, Он делает религиозным. Посмотрите, не является ли это собственным заявлением пророка: Я помилую того, кого помилую, и сжалюсь над тем, кого пожалею (Исх.33:19) и вывод апостола из этого: Итак, говорит он, не от того, кто желает, и не от того, кто подвизается, но от Бога, Который проявляет милосердие ( Рим. 9:16). Теперь, когда даже образцовый человек нашего времени говорит, что кого Бог ни пожелает, Он призывает, и кого Он желает, Он делает благочестивым, хватит ли у кого-нибудь смелости утверждать, что еще не благочестив тот, кто спешит к Господу и желает, чтобы Он руководил им, и ставит свою волю в зависимость от Божьей; кто, более того, так тесно прилепляется к Господу, что становится (как говорит апостол) «одним духом» с Ним? Однако, как ни велика вся эта работа религиозного человека, Пелагий утверждает, что она осуществляется только свободой воли. Но столь ценимый им блаженный Амвросий, которого он так высоко восхваляет в слове, выступает против него, говоря: Господь Бог призывает, кого Ему угодно, и кого Он пожелает, Он делает благочеестивым. Это Бог делает благочестивым того, кого пожелает, чтобы тот мог поспешить к Господу и желать быть направленным Им, и сделать свою собственную волю зависимой от Божьей, и так тесно прилепиться к Господу, чтобы стать (как говорит апостол) «одним духом» с Ним; и все это делает только благочестивый человек. Кто же тогда делает так много, если только Бог не заставил его это делать?