Итак, всякий, кто полагает, что какой-либо человек или какие-либо люди (за исключением единственного Посредника между Богом и человеком (1 Тим.2.45 ) когда-либо жили или все еще живут в этом нынешнем состоянии, которые не нуждались и не нуждаются в прощении грехов, — таковой выступает против Священного Писания, в котором сказано апостолом: Одним человеком грех вошел в мир, и смерть от греха; и так смерть перешла на всех людей, ибо все согрешили (Рим.5.12). И он должен продолжать утверждать с нечестивым самомнением, что, возможно, есть люди, которые освобождены и спасены от греха без освобождения и спасения от единого Посредника Христа. Тогда как именно Он сказал: не здоровые нуждаются во враче, но больные (Мтф.9.12); Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию (Мтф.9.13). Более того, тот, кто говорит, что любой человек, после того как он получил отпущение грехов, когда-либо жил в этом теле или все еще живет так праведно, что совсем не имеет греха, таковой противоречит апостолу Иоанну, который заявляет, что если мы говорим, что у нас нет греха, мы обманываем самих себя, и истины в нас нет (1 Иоан.1.8). Заметьте, выражение не мы не имеем , но в нас нет. Если, однако, кто-нибудь утверждает, что утверждение апостола касается греха, который обитает в нашей смертной плоти в соответствии с ущербом, который был вызван волей первого человека, когда он согрешил, и относительно которого апостол Павел повелевает нам не повиноваться ему в его похотях (Рим.6.12) — так что не грешит тот, кто полностью отказывается от своего согласия с этим же пребывающим грехом и таким образом не позволяет ему никакого злого дела — ни делом, ни словом, ни мыслью, — хотя в нем может быть возбуждено вожделение к нему (которое в другом смысле получило название греха, поскольку согласие на это было бы равносильно греху), но возбужденный против нашей воли — он, безусловно, проводит тонкие различия и должен рассмотреть, какое отношение все это имеет к Молитве Господней, в которой мы говорим: Прости нам долги наши (Мтф.6.12). Итак, если я правильно рассудил, было бы излишне возносить такую молитву, подобную этой, если бы мы ни в малейшей степени не соглашались с похотями вышеупомянутого греха, будь то речь или распутная мысль; все, что было бы необходимо сказать, было бы: Не введи нас в искушение, но избавь нас от зла (Мтф.6.13). Также апостол Иаков не мог сказать: Во многих вещах мы все согрешаем (Иак.3.2). Ибо поистине согрешает только тот человек, которого злое вожделение обманом или силой побуждает делать, говорить или думать что-то, чего ему следовало бы избегать, направляя его аппетиты или отвращение вопреки правилу праведности. Наконец, если утверждать, что либо были, либо есть в этой нынешней жизни какие-либо люди, за единственным исключением нашего Великого Главы, Спасителя Его тела, которые праведны, без какого-либо греха — и притом, либо не соглашаясь на вожделения к нему, или потому что это не должно рассматриваться как какой-либо грех, который таков, что Бог не вменяет его им по причине их благочестивой жизни (хотя блаженство быть без греха отличается от блаженства не иметь своего греха, вменяемого ему), — я не считаю необходимым оспаривать этот пункт по многим вопросам. Я вполне осознаю, что некоторые придерживаются этого мнения, чьи взгляды на этот счет у меня не хватает смелости порицать, хотя, в то же время, я не могу их защищать. Но если кто-то говорит, что нам не следует использовать молитву: не введи нас в искушение (и это говорит тот, кто утверждает, что человеку не нужна Божья помощь для предотвращения греха, и что человеческой воли, после принятия только закона, достаточно для этой цели), тогда я, не колеблясь, сразу утверждаю, что такого человека следует убрать с публичных ушей и предать анафеме всеми устами.
21 (44) Завершение работы. В Возрожденном грехом является не похоть, а Согласие