21. Более того, если беседа должна быть предоставлена кому-либо, и это настолько занимает говорящего, что у него нет времени работать руками, все ли в монастыре способны вести беседу с братьями, которые приходят к ним из другого рода жизни, будь то разъяснение Божественных уроков или наставление относительно любых вопросов, которые могут быть поставлены, чтобы рассуждать здраво? Тогда, поскольку не у всех есть способности, почему под этим предлогом все хотят ничего другого не делать? Хотя, даже если бы все были способны, они должны были бы делать это по очереди; не только для того, чтобы остальные не отвлекались от необходимых дел, но и потому, что для многих слушателей достаточно одного говорящего. Перейдем теперь к Апостолу; как он мог найти время для работы своими руками, если для дарования слова Божьего у него не было определенного установленного времени? И действительно, Бог не пожелал, чтобы это также было скрыто от нас. О том, каким ремеслом он занимался, и в какие времена он был занят распространением Евангелия, Священное Писание не оставило невысказанным. А именно, когда день его отъезда заставил его спешить, находясь в Троаде, даже в первый день недели, когда братья собрались, чтобы преломить хлеб, такова была его серьезность и так необходим диспут, что его речь затянулась даже до полуночи, как будто у них вылетело из головы, что в тот день не было поста: но когда он дольше оставался в каком-либо месте и ежедневно спорил, кто может сомневаться что у него были определенные часы, выделенные для этого служения? Ибо в Афинах, поскольку он нашел там самых прилежных исследователей вещей, о нем написано так: Поэтому он спорил с иудеями в синагоге и с язычниками на рынке каждый день с теми, кто был там. Не то чтобы в синагоге каждый день, ибо там у него был обычай проповедовать в субботу; но на рынке, говорится, он бывал каждый день; несомненно, по причине прилежания афинян. Ибо из этого следует: Однако некоторые из философов совещались с ним. И немного позже говорится: Теперь афиняне и чужеземцы, которые были там, не тратили свое время ни на что иное, как на то, чтобы рассказать или услышать что-то новое. Давайте предположим, что он все те дни, что он был в Афинах, не работал: по этой причине, действительно, его потребности были восполнены из Македонии, как он говорит во Втором послании к Коринфянам: хотя на самом деле он мог работать и в другие часы, и по ночам, потому что он был так силен как умом, так и телом. Но когда он уехал из Афин, давайте посмотрим, что говорит Писание: Он оспаривал, говорит это, в синагоге каждую субботу; это в Коринфе. Однако в Троаде, где из-за необходимости близкого отъезда его беседа затянулась до полуночи, это был первый день недели, который называется Днем Господним: отсюда мы понимаем, что он был не с иудеями, а с христианами; когда также сам рассказчик говорит, что они собрались вместе, чтобы преломить хлеб. И действительно, это же самое лучшее управление, чтобы все было распределено по времени и делалось по порядку, чтобы, запутавшись в сложных ситуациях, они не приводили наш человеческий разум в замешательство.