После того, как эта ересь ввела в заблуждение очень многих людей и обеспокоила братьев, которых ей не удалось обмануть, некто Целестий, который придерживался подобных настроений, предстал перед судом Церкви Карфагена и был осужден приговором епископов. Затем, несколько лет спустя, Пелагий, который, как говорили, был наставником этого человека, будучи обвиненным в исповедании его ереси, также предстал перед епископальным трибуналом. Обвинительный акт был подготовлен против него галликанскими епископами Гером и Лазарем, которые, однако, не присутствовали на слушаниях и были освобождены от участия из-за болезни одного из них. После того, как все обвинения были должным образом зачитаны, и Пелагий подтвердил их своими ответами, 14 епископов провинции Палестина объявили его, в соответствии с его ответами, свободным от порочности этой ереси; в то же время, без колебаний осудив саму ересь. Они действительно одобрили его ответ на возражения, что знание закона помогает человеку не грешить; даже как написано: «Он дал им закон в помощь»; но все же они не одобряли это знание закона, являющееся той благодатью о Боге, о котором в Писании сказано: Кто избавит меня от тела сей смерти? Благодать Божья через Иисуса Христа, нашего Господа (Рим. 7: 24-25). Пелагий также не сказал абсолютно: всеми людьми управляет их собственная воля, как будто Бог не управляет ими; ибо он сказал, когда его спросили по этому вопросу: Это я заявил в интересах свободы нашей воли; Бог является его помощником, когда он выбирает добро. Однако человек, когда грешит, виноват сам, поскольку находится под руководством своей свободной воли. Более того, они одобрили его заявление о том, что в судный день не будет проявлено снисхождения к нечестивым и грешникам, но они будут наказаны в огне вечном; потому что в свою защиту он сказал, что он сделал такое утверждение в соответствии с Евангелием, в котором написано о грешниках: «Они отправятся в вечное наказание, а праведники — в жизнь вечную. Но он не сказал, что все грешники обречены на вечное наказание, ибо тогда он, очевидно, пошел бы вразрез с апостолом, который ясно заявляет, что некоторые из них будут спасены, но так же, как через огонь (1 Кор. 3:15). Когда также Пелагий сказал, что Царство Небесное было обещано еще в Ветхом Завете, они одобрили это заявление на том основании, что он подкреплял себя свидетельством пророка Даниила, который таким образом написал: Святые примут Царство Всевышнего. Они поняли, что в этом своем заявлении он подразумевает под термином «Ветхий Завет, не просто Завет, который был составлен на горе Синай, но весь свод канонических Писаний, которые были даны до пришествия Господа. Однако его утверждение о том, что человек способен быть без греха, если он пожелает, не было одобрено епископами в том смысле, который он, очевидно, имел в виду в своей книге — как будто это было исключительно во власти человека по свободной воле (поскольку утверждалось, что он, должно быть, имел в виду не меньше, чем это, говоря: если он пожелает), — но только в том смысле, который он фактически придал данному отрывку в своей книге. ответ; действительно, в том самом смысле, в каком епископальные судьи с особой краткостью и ясностью упомянули этот предмет в своем собственном выступлении, что человек способен быть без греха с помощью и благодатью Бога. Но все еще оставалось неопределенным, когда святые должны были достичь этого состояния совершенства — либо в теле этой смерти, либо когда смерть будет поглощена победой.
Из мнений, которые сказал или написал Целестий и против которых были выдвинуты возражения против Пелагия на том основании, что они были догмами его ученика, он признал, что некоторых придерживался и он сам; но в свое оправдание он сказал, что придерживается их в ином смысле, чем тот, который был заявлен в обвинительном заключении. Одно из этих мнений было изложено таким образом: До пришествия Христа некоторые люди жили святой и праведной жизнью. Однако было заявлено, что Целестий сказал, что они жили безгрешной жизнью. Опять же, было высказано возражение, что Целестий объявил, что Церковь не имеет пятна и порока. Пелагий, однако, сказал в своем ответе, что он сделал такое утверждение, но имея в виду, что Церковь банею очищена от всякого пятна и морщинки, и что Господь желает, чтобы она оставалась в этой чистоте. Что касается заявления Целестия: что мы делаем больше, чем заповедано нам в законе и Евангелии, Пелагий настаивал в свое оправдание, что он говорил о девственности, о которой Павел говорит: у меня нет заповеди от Господа (1 Кор. 7: 25). В другом возражении утверждалось, что Целестий утверждал, что у каждого человека есть способность обладать всеми силами и милостями, тем самым сводя на нет то разнообразие даров, о котором говорит апостол. Пелагий, однако, ответил, что он не отменял разнообразие даров, но заявил, что Бог дарует человеку, который доказал, что он достоин их получить, все милости, как Он даровал апостолу Павлу.