[14] Ты же, достопочтенный Амвросий, если построже вдумаешься в одно изречение Евангелия, то увидишь, что, быть может, никогда и никто не достигал столь чрезвычайной и большей полноты счастья, чем какое на твою долю выпадает, если ты пребудешь в борьбе несомневающимся; по крайней мере, такое счастье выпадало на долю лишь немногих. Место это читается так: Раз Петр сказал Спасителю: Вот мы оставили все и последовали за Тобою, что же [хорошего] будет нам за это? Иисус сказал же им: Истинно говорю вам, что вы, в пакибытии [при возрождении, при воскресении], когда Бог возсядет на престоле славы Своея, так же сядете на двенадцати престолах судить двенадцать колен Израилевых. И всякий, кто оставит братьев или сестер, родителей или детей, поле или дома ради имени Моего, тот получит за это во много раз более и наследует жизнь вечную (Мф. 19:27—29; Мк. 10:28—30; Лк. 18:28—30). Из–за этих слов я желал бы на земле владеть столь же великим богатством, как и ты, или еще даже большим, и потом быть для Бога мучеником во Христе, чтобы во много раз столько же или, как Марк говорит, во сто крат более получить за это (Мк. 10:30). Гораздо большим, сторицею это мученичество вознаграждается, нежели то немногое, что, призываемые к нему, мы оставляем [здесь, на земле]. Потому, когда придется мне быть мучеником, желал бы я ради Бога, Отца Господа нашего Иисуса Христа, от Которого именуется всякое отечество на небесах и на земле (Еф. 3:15), вместе с полями и домами и детей оставить, дабы назваться отцом во много раз большего количества таких же мучеников или, говоря определеннее, чтобы стать отцом сотен мучеников и святых чад [Божиих].
[15] Если же кто–нибудь некоторым образом из ревности о дарах больших (1 Кор. 12:31) прославляет блаженство мучеников [из людей] богатых, равно как тех мучеников, которые приходятся отцами мученикам, ибо они сотни детей породят и получат сторицею за свои поля и дома, и если при этом он спрашивает, справедливо ли, чтобы эти мученики из людей богатых вознагрождаемы были во много раз ббльшим количеством духовных благ, нежели мученики из людей, в этой жизни бывших бедными, — то ему на это надо будет ответить так. Подобно тому как подвергавшиеся пыткам и мучениям своим мученичеством блестящим образом доказали силу мужества блитательнее, чем не испытанные этими мучениями и пытками, — точно так же отличившимися еще ббльшим мужеством нужно считать тех, которые, кроме привязанности к телу и жизни, [приносившимися в жертву и мучениками из людей бедных], разрушали и сокрушали такие крепкие оковы, как привязанность к земному имуществу, сокрушали их силою своей великой любви к Богу и принятием к сердцу Слова Божия, которое, будучи живым, действенным и острейшим всякого обоюдоострого меча (Евр. 4:12), могло разрывать и эти крепкие оковы, мучеников тех крыльями снабжать и, подобно орлу, возвращать в дом их Господа. Но если справедливо, чтобы не испытавшие мук и пыток над собой преимущество предоставили доказавшим свою твердость на пыточной скамье и в разных пытках и муках и в огне, — точно так же и со стороны нас, бедных, если нас постигнет мученичество, разумно отказаться от преимущества в пользу вас, которые из христианской любви к Богу ногами попирают столь желанные большей частью людей почести, столь великие богатства и естественную любовь к детям.
[16] Обращай внимание здесь вместе с тем и на возвышенность писания, которое дает обетование о во много раз большем количестве — о сотнях братьев, детей, родителей, полей и домов, а о жене при этом не упоминается. Не говорит: Всякий, кто оставит братьев или сестер, родителей или детей или свою жену» ради имени Моего, получит за это во много раз более (Мф. 19:29). Потому что когда мертвые воскреснут, то не будут ни жениться, ни замуж выходить, но пребывать будут на небесах, как ангелы Божий (Мф. 22:30; Мк. 12:25).