Итак, есть Единый Сын, рожденный от естества Отца, Который потому и называется Единородным, дабы по свойству естества Отчего явился Единородным. Но Тот, Кто по природе называется Единородным от Отца, как неотделим от единства природы, так и несомненно остается со свойствами Личности. По этой причине только Сын Божий называет Себя Единородным, говоря: Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную (Ин. 3:16). И немного позже: Верующий в Него не будет судим; А неверующий уже осужден, потому что не верует во имя Единородного Сына Божия. Потому что Иоанн возвещает о Единородном Сыне и говорит: Слово стало плотью и обитало с нами, и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца, исполненного благодати и истины (Ин. 1:14). Слово, ставшее плотью, исполняет благодатью человеческое восприятие, потому что Христос имеет в Себе не что иное, как человека; и тот же Единородный от Отца полон истины Отчей сущности, потому что Он от природы имеет в Себе всю полноту Отчего Божества. Поэтому евангелист знал, исполненный благодати и истины, что один и тот же истинный Человек явится благодатью истинного воплощения, и истина возвестит истинного Бога, единородного от Отца, вечно рожденного. Но что пользы Сыну называться именем Единородного, если Он лишен истины слова? Ибо единородный называется суетным, если о Его рождении не говорится как о природной истине о рождении от Бога, но о щедрости творения от дающего. А другим, кто Его принял, Он дал им силу стать сынами Божьими (Там же, 12). И если даже о единородном Сыне говорится, что он сотворен благодатью, а не истинно рожден по природе, то, несомненно, он утратил имя и истину единородного, после того как уже начал иметь братьев: ибо лишен истины этого имени, если в единородном нет природной истины Отца.
4.. Усыновленные Божии отличаются не именами, а дарами, не жизнью, а славою. Действительно, в детях Божиих, не существующих по естеству Бога Отца, достоинство усыновления может иметь разнообразие функций, а не имен; и по милости усыновителя, всем рожденным от Бога, хотя Он и обещает в дар разную награду за достойный труд, но всем детям Своим присваивает одно имя. и жизнь Небесного Царства обещана через истинную веру возрожденных, хотя дана слава иных царств (15, 41); и все же всем им, той силой, которой Он дал им стать сынами Божьими, сказано вместе со всеми, кто по правую руку: Приидите, благословенные Отца Моего. постигните уготованное вам Царство от начала мира (Мф. 25:34): в то же время сказано о всех: а праведники войдут в жизнь вечную (Там же, 46). Поэтому единство принятого имени одинаково удержит всех чад Божиих, хотя качество заслуг должно быть показано разницей в яркости; но в том, что мы начали быть духовными в начале рождения, мы не различаемся по имени, хотя с самого начала имеем отличающую нас награду. Ибо, как Он добровольно родил нас от слова истины, так и назвал нас чадами по благодати рожденными. Но если считается, что это Божественное и вечное рождение Сына совершилось не по природе Бога Отца, а по благодати, то Он не должен называться Единородным, но лишь усыновленным. Ибо, как имя рожденного содействует щедрости отцовского усыновления, таким образом, исключил его из имени Единородного Тот, Кто также воздал должное нам причастием Отчего усыновления. Ибо Единородный не с многим призван, хотя рожденный может быть призван с рожденным. Если это так, то да будет стерто то, что Иоанн осмелился написать имя Единородного, дабы оказалось ложным, что он заслужил черпать из недра истины. Но если явное свойство Единородного должно быть показано как указание на значение, тогда говорится, что многие сыны Божьи произошли по благодати, чтобы можно было узнать Единородного по природе. Ибо кто есть истинный Бог, рожденный от Бога, как не единородный Сын, сущий в недре Отчем? Который поэтому один отделен от остальных сыновей Божьих исключением несообщаемого имени, потому что пребывает только природная истина Отца.