21. Поэтому вся Троица приняла тот образ раба, который, однако, один Сын принял в Своем Лице. Ибо Он один есть Слово, и Евангелист истинно говорит: Слово стало плотью (Ин. 1:14), однако Отец не повелел Ему стать плотью каким-либо другим Словом: ибо Отец имеет одно Слово, посредством которого Он сотворил и делает все, чем Он говорил и говорит все. Это Слово было послано Отцом, когда Слово стало плотью, но Отец не проговорил к нему мимолетными словами, чтобы оно могло быть послано. Для вечного Слова, рожденного от Отца, это есть вечная заповедь Отца, потому что вечное рождение Сына само есть вечная речь Отца. Это Слово тогда слышит каждый, когда признается истина Божественности и воплощения. Ибо как всякий человек имеет в сердце слово, пока он думает, так и слово это не выносится наружу, если оно не облечено в телесный голос, потому что через принятый голос может прийти знание других; но когда это слово показывается голосом говорящего, оно никоим образом не отделяется от сокровенной части сердца, но это происходит чудесным образом, так что и доходит оно до других целиком посредством телесного выражения, и остается целиком духовно в сердце говорящего. так и Слово Бога Отца, рожденное от Отца, осталось в Отце, так что оно не могло быть познано нами никак, если бы оно не было облечено в плотскую субстанцию, как если бы оно было телесным гласом. Так все Слово пришло к нам, когда Слово стало плотью, и пребывало всецело с Отцом, как дух: равное Отцу, от Которого Он всегда был рожден, и так, что Он мог быть воспринят нами, умаленный благодатью Божией в получении плоти. И этим Господь остался в образе Божием, и чтобы прийти к слугам, Он истинно принял от служанки образ раба.
22. А некоторые менее понимающие тайну этого вида служения, когда слышат от нас, что проповедуется одна сущность Святой Троицы, либо отрицают, либо сомневаются, что Она могла бы стать подобной Сыну, Который по Своей Божественности не отделим. от Отца и Святого Духа, что проповедуются нами, и одна истина для нас примет образ раба и тем не менее останется неотделима от Отца и Святого Духа. Но это, несомненно, показалось бы невозможным тем, которые, по неразумию, не видят невидимого Божия через творения. Если бы они позаботились об обычном использовании человеческой природы, они нашли бы правильные направления ума даже в этом великом таинстве благочестия. Поэтому, поскольку есть одно истинное Божество, имеющее в себе три совершенно нераздельных Лица, почему и Сама Троица есть один Бог, а в тварях нет природы, неразделимой в трех Лицах, то обратим внимание на то, что происходит в каждом из них лиц, в котором нет трех лиц в одной природе, но мы находим две природы в одном лице. Ибо Бог чудесным действием силы из двух естеств, то есть разумной души и плоти, составил одну природу человека и повелел, чтобы одна человеческая личность оставалась в душе и плоти. Вот, в человеке две природы в одном лице: также мы называем Троицу тремя Лицами в одном естестве.
23. Итак, заметим здесь, что некоторые вещи совершаются совместно этими двумя природами, пребывающими в одном лице, и не принимаются и не сохраняются совместно. Действительно, в себе мы находим нечто сближающее служение плоти и души, которое, однако, вверяем либо одной только плоти, либо душе. Ибо как плоть питается только телесной пищей, так и душа духовно питается словом Божиим. И все же, как плоть, созданная из земли, питается земной пищей, так и сотрудничающая душа ест, поскольку она живет душой, и, следовательно, она ест, потому что живет, полезно имея в себе другую обязанность трудящейся души, сотрудничающей с собой, которой одновременно должно и питаться от жизни, и от пищи жить. Поэтому, когда принимается пища, действие плоти и души является общим, однако оказывается, что пища по праву принадлежит только плоти. В восприятии же слова Божия, которым душа одна питается духовной пищей, чтобы пища могла дойти до нее, она пользуется служением либо глаз, либо ушей. И благодаря тому, что она питается внутренне, это не совершается без действия плоти. Итак, как здесь обнаруживается действие обеих естеств, так как есть принятие одного, так будем верить, что человеческая природа Единородного Бога была сотворена в одно и то же время Отцом, и Сыном, и Духом Святым, но единым Сыном милостиво принята для нашего спасения.