Это говорит тот, который смертью своею воскресил многие тела умерших. Если не верим Богу, то не верим и примеру: не верим обещанному от него, хотя Он и то делал, чего и не обещал. Сам же Бог какую имел причину умирать, ежели бы не имел причины воскреснуть? Ибо Бог не мог умереть, не могла умереть премудрость; а что не умерло, то воскреснуть не могло, и так приемлется плоть, могущая умереть, чтобы умершее воскресло. Ибо воскресение не могло быть иначе, как через человека: Ибо, как смерть через человека, так через человека и воскресение мертвых. (1 Кор 15:21.)
Итак, воскрес человек, ибо умер человек; восстановлен человек, восстановленный Богу. Тогда по плоти человек, ныне же по всему Бог, ибо ныне по плоти Христа уже не познаем, а только имеем благодать плоти Его, да познаем Его первенца, воскресшего из мертвых. Первые плоды–того же рода и свойства, какого и другие: первые же приносятся Богу плодородия ради, как бы дар священный вместо всех и как бы некоторая жертва возобновленной природы. Почему первенец умершим есть Христос, но своим ли умершим, которые, как бы не участвуя в смерти, наслаждаются неким сном, или всем умершим! Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут. (1 Кор 15:22.) Посему как начало смерти есть во Адаме, так начало воскресения во Христе.
Все восстают, никто да не отчаивается: праведный да не соболезнует об общей судьбе воскресения, ожидая особенного плода добродетели. Все воскреснут, но каждый, как Апостол говорит, в своем порядке. Божеского милосердия плод есть общий, порядок же заслуг различный. День светит всем, солнце согревает все народы, дождь каждого землю творит плодоносной.
Все рождаемся, и все воскреснем, но состояние как жизни, так и воскресения различно. Вдруг, во мгновение ока, при последней трубе; ибо вострубит, и мертвые воскреснут нетленными, а мы изменимся. (1 Кор 15:52.) Святой Павел спящего возбуждает к жизни, говоря: «Встань, спящий, и воскресни из мертвых, и осветит тебя Христос». (Еф. 5:14.) Спящий возбуждается, чтобы жил и был подобен Павлу, и мог бы сказать: мы, живущие, оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших. (Фес. 4:15.) Ибо Павел говорит здесь не об общем употреблении дыхания и жизни, но о заслуге воскресения. Потому что, сказав: и мертвые во Христе воскреснут прежде, прибавляет: потом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе. (Фес. 4:16,17.)
Умер Павел, и славным страданием своим телесную жизнь переменил на бессмертную славу. Итак, обманул ли тот, который писал о себе, что живой был восхищен на облаках в сретение Христу? Это читаем о Енохе и Илии: но и ты так же восхищен будешь в духе. Эти колесницы Илии, эти огни, хотя они и невидимы, приготовляются, да праведный перенесен будет от земли на небо и жив будет вовеки. Апостолы не знали смерти, почему и сказано: Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем. (Мф 16:28.) Ибо живет тот, кто не имеет, что могло бы умереть в нем, кто не имеет из Египта сапога или какого–либо обязательства, но совлекает с себя его прежде сложения должности телесной. Посему не один Енох жив, ибо не один восхищен: восхищается и Павел в сретение Христу.
Живы также патриархи, ибо иначе в святом Писании не упоминалось бы: Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова; потому что Бог же не есть Бог мертвых, но живых. (Лк 20:37, 38.) Будем живы и мы, ежели будем подражать делам и нравам праотцов наших. Удивляемся награждению праотцов, да последуем и послушанию их, восхваляем благодать данную им, да подражаем и повиновению их, чтобы, увлекаясь прелестями, не впасть в сети века. Да не оставляем благое время, да примем предписание закона, милосердное звание, желание к страданиям. Вышли из земли своей праотцы, да бежим и мы власти и насилия телесного намерением нашим; мы — намерением, а они — бегством из отечества, но праотцы не сочли это за ссылку, ибо делали то по благочестию, а не по принуждению. Они променяли землю на землю, а мы землю переменим на небо, они — обитанием, а мы — духом. Им премудрость показала небо, блещущее звездами, а для нас да просветит она очи сердца нашего. Таким образом прообраз с истиной и истина с прообразом сходны.