И вот, — как выразил ты желание свое, — написав сие в кратком виде, посылаю тебе; а ты, как благоразумный, если не достает чего в написанном, соблаговоли это восполнить, и прочти присным в вере, упорных же хулителей обличи. Может быть, хотя поздно, одумаются они, и отложат привзошедшее в душу их злоумие. Ибо, по написанному, хорошо им бежать сего, и не медлить, чтобы иначе, пребыв в своем злоумии, не услышать сказанного Господом: иже речет на Духа Святого, не отпустится ему, ни в сей век, ни в будущий (Матф. 12, 32).
1) Читал я и ныне писанное послание твоего благоговения, и много подивившись бесстыдству еретиков, вижу, что всего приличнее приложить к ним Апостольскую заповедь: еретика человека по первом и втором наказании отрицайся, ведый, яко развратися таковый, и согрешает, и есть самоосужден (Тит. 3, 10–11). Еретик, имея развращенный ум, спрашивает не для того, чтобы выслушав убедиться и научившись раскаяться, но чтобы, если станет молчать, не подвергнуться осуждению обольщенных им. Достаточно было сказанного прежде, достаточно к тому, чтобы еретикам, выслушав столько доказательств, прекратить хулы на Духа Святого; но они не удовольствовались, и снова бесстыдствуют, желая показать, что, навыкнув словопрению и став наконец духоборцами, готовы умереть в своем неразумии.
И действительно, если станет кто отвечать и на теперешние их вопросы; то они при всем этом останутся изобретателями зол, чтобы только ища им не доискиваться, или выслушав не понимать. Какие же мудрые их вопросы? «Если Дух Святой — не тварь; то не следует ли, говорят они, что Он — Сын, и два есть брата, Слово и Духъ»? Потом, как пишешь, присовокупляют: «если Дух от Сына приемлет, и Сыном подается (а так написано, прибавляют они немедленно); то не следует ли, что Отец есть дед, а Дух — внук Его»?
2) Кто же, слыша это, признает еще их христианами, а не скорее язычниками? Ибо подобно сему и язычники рассуждают между собою в укоризну нам. Кто захочет отвечать на подобное безразсудство их? А я много размышлял и искал приличного им ответа, но не нашел ни одного, кроме данного тогдашним фарисеям. Как тем, когда спрашивали злонамеренно, Спаситель отвечал вопросом, чтобы почувствовали они злоумие свое; так, поскольку и эти еретики предлагают такие вопросы, то пусть сами скажут нам, или лучше сказать, пусть сами дадут ответ на вопросы, подобные их вопросам. Поскольку, когда говорят сами, не разумеют своих изобретений; то, может быть, когда станут слушать, сознают свое безразсудство. Если Дух Святой — не тварь, как доказано было прежде, но Он в Боге и дается от Бога; то следует ли, что и Дух есть Сын, и что два брата, Дух и Сын? И если Дух есть Дух Сына, и от Сына все приемлет Дух, как сказал сам Сын, и дунув дал Его ученикам (ибо и вы исповедуете это); то следует ли, что Отец есть дед, а Дух внук Его? Ибо на что требуете ответа у нас, о томъ–же самом, и на томъ–же основании, справедливо спросить нам вас. Итак, если отрицаете написанное, то вас нельзя уже назвать христианами; и справедливо вам спросить у нас, как у христиан. А если и вы читаете одно с нами, то необходимо от нас услышать вам о томъ–же такие вопросы. Поэтому, говорите же и не медлите: точно ли Дух есть Сын, и Отец — дед? Но, может быть, как сделали тогдашние иудеи, и вы по–размыслив скажете сами в себе: «если ответить нам, что Он — Сын; то спросят: где сие написано? и если сказать, что — не Сын, боимся, что скажут нам: как же написано: мы не духа мiра сего прияхом, но Духа Иже от Бога (1 Кор. 2, 12)»? Если же, борясь таким образом сами с собою, скажете: не вемы (Матф. 21, 27): то и получившему от вас такой вопрос необходимо умолкнуть, поверив сказавшему: не отвещай безумному по безумию его, да не подобен ему будеши: но отвещай безумному по безумию его, да неявится мудр у себе (Притч. 26, 4–5). Пред вами же, чтобы сознали вы свое неведение, всего более приличный ответ — молчание.