Аэтія глава 16. Если понятіе: нерожденный означаетъ сущность, то по справедливости различается отъ сущности рожденнаго. Если же нерожденное ничего не означаетъ, то темъ более ничего не означаетъ рожденное. Какимъ же образомъ ничто будетъ противополагаться ничему? Если слово: нерожденный противополагается слову: рожденный, то, когда за произнесеніемъ этого слова последуетъ молчаніе, надежда христіанъ, основанная на различномъ произношеніи, а не на природе вещей? обозначаемой названіями, то появляется, то исчезаетъ.
Опроверж. Какимъ образомъ имеютъ обыкновеніе употреблять свидетельства противъ самихъ себя те, которые умеютъ приводить въ изумленіе разумъ неопытныхъ? Такъ Аэтій, полагая всю надежду въ одномъ лишь изреченіи, а не въ истине, дерзновенно пришелъ возвещать ее намъ, не постыдившись самъ исповедать Сына Божія и Бога Отца одними лишь словами, тогда какъ мы прежде всего исповедуемъ естественнаго Отца и естественнаго Сына, и естественнаго Духа Святаго: ибо съ Троицею ничто иное не можетъ быть сравниваемо. И по сему, по истине, единосущіе есть утвержденіе исповеданія нашего, не уничтожаемаго однимъ изреченіемъ, могущимъ быть и не быть, каково мненіе Аэтія объ Отце и Сыне, и Святомъ Духе; ибо есть действительно истинный Отецъ и действителъно истинный Сынъ и истинный Духъ Святый, хотя бы онъ (Аэтій) и сеялъ безчисленныя суетныя умозаключенія. О таковыхъ людяхъ такъ говоритъ Божественное слово: разумъ разумныхъ отвергу (1 Кор. 1, 19; ср. Ис. 29, 14) и: Господь весть помышленія человеческая, яко суть суетна (Псал. 93, 11) и прочее.
Аэтія глава 17. Если нерожденность ничего более не привноситъ къ превосходству сущности, въ сравненіи съ рожденностію, то Сынъ, будучи превосходимъ Отцемъ только по названію, найдетъ лучшими Себя назвавшихъ (нерожденнымъ) Бога и Отца Его, а не самого названнаго.
Опроверж. Хотя бы Аэтій предлагалъ намъ и безчисленныя драмматическія сочиненія, но никакой благочестивый разумъ не согласился бы съ нимъ въ томъ, чтобы получившіе бытіе отъ Сущаго были превосходнее Его: ибо и самъ онъ (Аэтій) признаетъ, что они чрезъ Него получили бытіе. И не по произнесенію лишъ имени, но какъ истиннаго (Сына), родившагося отъ истиннаго (Отца) называютъ Рожденнымъ облагодетельствованные отъ Него достоинствомъ Христіанъ, за истинное познаніе о Немъ называемые наученными чрезъ Отца, а не отъ плоти и крови (ср. Матф. 16, 17; Гал. 1, 16; 1 Кор. 2, 10), и за сіе по справедливости ублажаемые, какъ напримеръ познавшій Его какъ Христа, съ присоединеніемъ словъ: Сынъ Бога живаго (Матф. 16, 16). Таковые душевнаго Аэтія, не пріемлющаго духовное, духовно востязуютъ. И хотя Сынъ, будучи Духомъ и Единороднымъ, говоритъ: отхожу ко Отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему (Іоан. 20, 17), однако же оба сіи наименованія не могугь быть приравниваемы къ именамъ инороднымъ, такъ какъ истина всегда пребываетъ и научаетъ истинно различать ясность необходимаго порядка въ отношеніи къ Сыну Божію. Выраженія: Отцу Моему и Отцу вашему относятся не къ плоти ихъ: ибо какимъ образомъ Богъ, не облеченный плотію, можетъ быть Отцемъ плоти? Равньмъ образомъ и изреченіе: Богу Моему и Богу вашему должно относить не къ Божеству Сына и не къ сыноположенію учениковъ, но изреченіемъ: Богу Моему и Богу вашему, истинствуя во всемъ, Онъ утверждалъ учениковъ таинственно въ мысли о вочеловеченіи Своемъ. Изрекая же слова: Отцу Моему и Отцу вашему, Онъ какъ бы такъ говорилъ: по причине Моего общенія съ Нимъ по естеству и Моего съ вами общенія, въ каковомъ общеніи быть Я далъ вамъ власть по человеколюбію обитая съ вами, согласно сказанному: даде имъ областъ чадомъ Божіимъ быти (Іоан. 1, 12). Посему и Самъ Онъ, явившись среди ихъ, принялъ зракъ раба (Флп. 2, 7), вновь къ новому пріобщившись, но такъ, что и древнее пребываетъ въ тождестве и не переходитъ въ сліяніе; сыны человеческіе, чрезъ это причастіе, переходятъ въ состояніе неистленія, но не соединяются съ Нимъ до единосущія; и когда говорится, что Онъ принялъ зракъ раба, то словомъ: принялъ, обозначается новое, а изреченіемъ: во образе Божій Сый (Флп. 2, 6) означается то, что Онъ не подвергся измененію. А коль скоро это такъ, и такъ ясно исповедуется въ совершенномъ знаніи у наученныхъ Богомъ, то ни изреченіе: Богъ Мой и Богъ вашъ, ни другое: Отецъ Мой и Отецъ вашъ не могутъ сходствомъ наименованія отделить чистое существо отъ общенія съ соответствующимъ ему и отъ преимущества собственнаго свойства Отца въ отношеніи къ Сыну и Сына въ отношеніи къ Отцу и Святаго Духа точно такъ же.