Блаженный пророкъ Исаія, предвозвещая обиліе слова христіанскихъ учителей, говорилъ: почерпите воду съ веселіемъ отъ источникъ спасенія (Ис. 12, 3). И вотъ мы почерпнули для васъ воду изъ священнаго источника: я говорю объ учителе, который говорилъ прежде насъ, который, просвещенный светомъ Духа Святаго, раскрылъ намъ великое и досточтимое таинство искупленія нашего, таинство, по вере въ которое мы спасены, сложили съ себя тяжелое и неудобоносимое иго греха, и кроме того, избавившись отъ узъ смерти, говоримъ съ пророкомъ: где пря твоя, смерте, где остенъ твой, аде (Ос. 13, 14; 1 Кор. 15, 55)? Итакъ Богъ Слово, которое было въ начале и пребываетъ въ лоне Отца (Іоан. 1, 18), чрезъ которое все и въ которомъ все, ради насъ добровольно подверглось истощанію и стало плотію, т. е. человекомъ. Ради насъ Онъ смирилъ Себя (Флп. 2, 8) и сделался Сыномъ человеческимъ, дабы мы чрезъ Него обогатились Отцемъ; ибо въ молитвахъ своихъ мы научены говорить: Отче нашъ, Иже ecu на небесехъ (Матф. 6, 9). Такимъ образомъ Единородный сделался первороднымъ для того, чтобы мы обогатились Его благами. Понесъ Онъ крестъ, презирая стыдъ, и добровольно предалъ тело свое на смерть, не для того, чтобы съ нами, повинными смерти, остаться мертвымъ, но чтобы насъ совоскресить съ Собою, разрушивъ державу смерти. Возблагодаримъ же вочеловечившееся ради насъ Слово ныне, и всегда, и во веки вековъ. Аминь.
О поклонении и служении в Духе и истине
КНИГА 1.
О совращении человека в порочность и о пленении грехом, а вместе о призвании и обращении через покаяние и о возвращении к лучшему
Спрашивать, куда и откуда, считаю излишним: потому что хорошо знаю, что ты, нимало не медля, сказал бы, что из дому и к нам,
Палладий. Правда.
Кирилл. А что это за книжица у тебя в руках?
П. Книга Евангельская, писание Матфея и Иоанна.
К. Но разве ты думаешь, что ее надобно носить везде и ко всякому? Ведь, вышедши из дому, на дороге ты не станешь изучать ее, Палладий. Занятия этим более приятны дома и на досуге.
П. Хорошо говоришь. Но я пришел побеседовать с тобою. Несу и священную книгу; потому что, сколько я ни делал усилий, не знаю, что и придумать касательного того, что хотел показать Господь наш Иисус Христос, говоря у Матфея: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все» (Мф.5, 17–18), а в писании Иоанна говоря жене самарянской: «поверь Мне, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу. Вы не знаете, чему кланяетесь, а мы знаем, чему кланяемся, ибо спасение от Иудеев. Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. 4, 21–24).
К. Что же кажется тебе трудным в этих словах, что — глубоким и неудобопостижимым? Скажи, прошу тебя.
П. Священное слово повелевает нам удаляться от древних обрядов и отказаться от правды законной. Желающим ее и после принятия веры Павел сказал: «остались без Христа, отпали от благодати, а мы духом ожидаем и надеемся праведности от веры» (Гал.5,4 и 5). И еще, несмотря на то, что указал в себе самом блистательные и великие преимущества, относящиеся к жизни по закону, говорит: «Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа и найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере» (Флп.3, 7–9). А что древняя заповедь не безукоризненна — это он ясно утверждал; по сему–то и говорит, что вместо нее с пользою преподана нам заповедь чрез Христа и новая, то есть евангельская. Пишет же он так: «Отменение же прежде бывшей заповеди бывает по причине ее немощи и бесполезности, ибо закон ничего не довел до совершенства; но вводится лучшая надежда, посредством которой мы приближаемся к Богу» (Евр.7, 18–19). И еще: «Ибо, если бы первый [завет] был без недостатка, то не было бы нужды искать места другому. Но [пророк], укоряя их, говорит: вот, наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их в то время, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской, потому что они не пребыли в том завете Моем, и Я пренебрег их, говорит Господь. Вот завет, который завещаю дому Израилеву после тех дней, говорит Господь: вложу законы Мои в мысли их, и напишу их на сердцах их» (Евр.8, 7–10). Далее, превосходно понимая и объясняя название нового, говорит: «Говоря `новый', показал ветхость первого; а ветшающее и стареющее близко к уничтожению» (8, 13). Итак, если закон ничего не совершил и произошло отменение древней заповеди и привнесение позднейшей, сближающей нас с Богом, то почему же Спаситель говорит: «не нарушить пришел» закон, «но исполнить» (Мф.5, 17), — и что «должны поклоняться в духе и истине» Богу и Отцу (Ин. 4, 24)? Последнее изречение, думаю, показывает, что нам должно оставить обряды и служение по закону.