4.37. Градоначальнику Конону.
Если Господь привел тебя из небытия в бытие, то Тем паче возможет исправить тебя, уже существующего, но истлевшего от греха и совратившегося в неестественное для тебя состояние. Ибо сего и хочет Владыка, если только хочешь и ты. Нет порока, которого бы не истребляли спасительный слезы покаяния. И это без труда познаешь, приведя себе на мысль и приняв во внимание Господню уду, из глубины несказанной порочности извлекшую оного мытаря — эту неудоболовимую добычу — уду, соделавшую брение золотом, пленника учинившую доблестным воином и списателем Божественного Евангелия. Как же Господь спас блудницу? Как разбойника соделал достойным рая? Как волхвов и чародеев сотворил добрыми проповедниками Своего пришествия в мир сей? Как ел и пил с мытарями и грешниками, по милосердию желая принести им пользу и обратить их? Как хулителям, ругателям и гонителям даровал благодатный дар славословить Всесовершенного и богословствовать, заставил их и головы свои положить за Истину, убедил жить не для себя самих, но единственно для Бога и, живя еще в тленном теле, подражать жизнью небесным Ангелам, и все видимое почитать за уметы? Как сидящих во тьме и сени смертной, по причине их сластолюбия, лукавства и по произвольному пребыванию в пороках, извел на свет, побудил возгнушаться беззаконием, заставил свергнуть с себя всякую нечистоту, всецело преобразил в любителей непорочности и благочестии и даровал им Божественные сокровища Божественных Таинстве? Посему, все это и подобное тому содержа в мыслях, никогда не отчаявайся, человек, во спасений: но, хотя диавол будет вовлекать тебя в безотрадность и безнадежность, ободряй сам себя, утешай скорбного, вразумляй утомленного, подкрепляй и ободряй себя и не преставай успокаивать собственное сердце свое, указывая на Человеколюбца, потому что имеем Владыку, Который не человеконенавистник, но душелюбец, и приобрели мы положившего душу Свою за нас Господа и Спасителя Христа, великого врача душ и телес, Который превыше всякой болезни и всякой немощи, неисцелимой для всех человеков, и все превосходит крепостью, и препобедил всю силу зла. Потому нимало не будем отчаиваться, многогрешная душа моя, достойная вечного мучения.
4.40. Авксентию.
Будучи прекраснейшим твореньем человеколюбивейшего Бога, Который хочет всем человекам спасенья, не ропщи, не отчаивайся, но надейся улучить спасенье, никак не переставая сам делать добро и никогда чего–либо видимого не предпочитая спасенью души, ибо для самых маломощных немаловажно взойти хотя на одну ступень лествицы добродетелей и стать пока хоть сколько–нибудь выше земли.
4.41. Лесвию.
Не отчаивайся в перемене на лучшее и не угашай этот ясный светильник — доброе чаянье и крепкую надежду души на Бога. Ибо, если знаешь, что и Лазарь воскрешен из мертвых, и верные жены «прияша от воскресения мертвых своих живыми» (Евр. 11, 35), то и сам, без сомненья, укрепившись надеждою, возможешь освободиться от мертвости в гробнице греха.
О славолюбии, тщеславии и гордости
1.166. Трибуну Софронию.
Род человеческий весьма легко превозносится до высокомерия. Посему для обуздания мудрования его потребны многие крепкие удила. Но, поискав, найдешь в разных местах Божественного Писания много служащего к обузданию и усмирению неразумных страстей.
1.313. Комиту Ириму.
Узнаю, что весьма желаешь ты занять так называемую (но не в действительности такую) недосягаемую и самую высокую кафедру епархов. Познай же потому, блистательнейший муж, что мала, ничтожна, малодневна и ни чем не отлична от весенних цветов эта смешная и позорная слава, воздаваемая тебе людьми, но велик и тяжел последующий за нею стыд. Посему, если не хочешь быть постыженным, то не желай и быть прославленным этою непрочною, легко уничтожаемою и умаляемою славою.