Ибо помыслы тогда предлагают душе собственную свою работу, когда найдут, что не занята она мыслями по Богу; возделывай как рукоделие из человеколюбия, так и мысль умственной силы из любомудрия, чтобы первое служило к препитанию странных и к воспламенению твоему в лености, а другое было вождем к созерцанию и охлаждением помыслов. Смело будем нападать на услаждение помыслами, обращая на них весь гнев, чтобы иначе, с удовольствием принимая доставляемое ими, в той же мере не сделаться нам снисходительными и к самым помыслам.
Глава 10. Приуготовь себя быть кротким и браннолюбивым: кротким с соплеменником и браннолюбивым с врагом, ибо на то и может быть употреблена раздражительность, чтобы по вражде бороться со змием, а также к тому служит скромность кроткого, чтобы во любви быть великодушным к брату и вести брань с помыслом. Поэтому кроткий пусть будет и браннолюбивым, не распространяя кротости на обманчивые помыслы и браннолюбия на близких по естеству. Употребления раздражительности не обращай в противоестественное, чтобы, уподобляясь змию, раздражиться на брата и, снисходя к помыслам, вступать в приязнь со змием. Кроткий, если терпит что и бедственное, не оставляет любви, ибо ради любви оказывает великодушие и доброту, все покрывает и терпит. Если дело любви — быть великодушным, то не ее дело — раздраженно вести брань, потому что раздражительность возбуждает печаль и негодование, а любовь уменьшает и раздражительность, и печаль, и негодование. Если твердо шествие твое в любви, то ей паче внимай, а не тому, что оскорбляет тебя. Служи Богу со страхом и любовью: со страхом, как Владыке и Судии, с любовью, как Человеколюбцу и Питателю. Кто приобрел добродетели любви, тот взял в плен негодные страсти. И кто от Святой Троицы имеет сии три добродетели: веру, надежду, любовь, тот будет градом, который обнесен тройною стеною, и как бойницами укреплен сими добродетелями.
Не в том только оказывайся исполненным любви, что не берешь у другого, но пусть об отречении твоем от мира дознают из того, что и свое отдаешь, ничего не жалея. Когда раздаешь вещественное, старайся сеять чистые семена, чтобы вместо пшеницы не взошла у тебя крапива. Когда даешь что–либо, памятуй о Боге, и подающем, и приемлющем, чтобы награды за отречение от мира воздал Он тебе с похвалами.
Глава 11. Нестяжательный беззаботно наслаждается жизнью, а у любостяжательного всегдашняя болезнь — попечение о богатстве. Тогда отведешь в плен толпу помыслов, когда не предашь сердца заботам о вещественном. Тогда и крест понесешь не развлекаясь, когда отречешься от пожелания иметь собственность. Помысел же о вещественном пророчит тебе и старость, и болезни, чтобы упование твое на Бога разделить с упованием на имущество. Кто намеревается отречься от мира, тот да огородит себя верою, да укрепит любовью, да утвердит надеждою, потому что вера — не оставление, но утверждение Совершеннейшего в уповании терпения и в любви жизни.
Когда отрекаешься от всякого внешнего вещества, тогда обрати внимание на темные помыслы, укоряющие тебя в нищете и скудости, представляющие тебе и уничижение, и бесславие. Убийцы сии стараются обманом привести тебя в раскаяние о такой славной добродетели. Посему если разумно обратишь внимание на подвиг, то найдешь скорее, что за сие самое, в чем укоряют тебя, сплетается тебе венец. Ибо, отрекаясь от мира, для тех подвигов и отрекаешься, за которые укоряешь себя. Поэтому не предавайся борьбе внутренних помыслов, потому что не в начале отречения восхваляется конец, но при конце терпения увенчиваются начала и не за телесное только упражнение рукоплещут подвигам, но борьбою помыслов достигается право на венец.
Глава 12. Суди помыслы на судилище сердца, чтобы по истреблении разбойников пришел в страх и начальник их. Ибо строгий исследователь помыслов есть вместе и истинный любитель заповедей.
Поэтому, когда сердцу твоему предстает помысел неудобоизыскуемый, тогда наиболее усильные труды употреби на него, ибо он или убежит, не вынеся твоей горячности, как противной ему, или вытерпит оную, как свойственный пути правому. Иногда бывает, что демоны, внушив сердцу помысел добрый и вскоре потом преобразившись, показывают вид, что противятся оному, чтобы из противления сего заключить тебе, что знают они помышления сердца твоего, даже не только тебе заключить, но и им быть вправе судить совесть твою, как препобеждаемую добром при сопротивлении зла. А иногда также указывают тебе на собственную твою бдительность, чтобы подумал ты сам о себе, что ты мудр. Когда помыслы перенесут на то место, которое, по их предположению, любим, тогда заставляют раскаиваться об этом, чтобы сделать нас во всем непостоянными и бесплодными. Потому не будем простираться с места на место, но предадимся лучше безмолвию и трудам, потому что по лености нашей помыслы берут над нами силу.