Но долго же я остаюсь на полудне, где Невеста (из Песни Песней) нашла возлежащим своего Жениха, и где Иосиф пиршествовал со своими братьями (Быт.43:34). Возвращусь в Иерусалим и через горы Текуа и Амос посмотрю на гору Масличную, с которой Спаситель восшел к Отцу. На ней каждый год приносима была во всесожжение Господу рыжая юница, пеплом которой очищался народ израильский. Здесь же, по словам Иезекииля, херувимы, переселившись из храма иудейского, основали Церковь Господню (Иез.10:6 и далее; 40:2 и далее). Потом Павла входила в гробницу Лазаря, видела гостеприимный дом Марии и Марфы, и Виффагию, что значит село священнических челюстей, где вольный, как язычники, осленок принял на себя узду Божию и, устланный одеждами апостолов, подставил мягкий хребет свой для восседания (Мф.21:1 и далее). Прямою дорогою нисходила в Иерихон, размышляя во время пути об упоминаемом в Евангелии человеке, избитом разбойниками, о жестокосердии прошедших мимо него священников и левитов, о милосердии самарянина, то есть стража, который, возложив на свой скот полуумершего, отнес его в гостиницу церкви; видела место Адомим, что значит место кровей, потому что тут много проливалось крови от частых набегов разбойников; видела смоковницу Закхееву, свидетельницу благих плодов покаяния, посредством которого он отряс от ног своих прежние жестокие и вредные грехи хищника, и с высоты добродетелей созерцал всевышнего Господа (Лк.19:4); и, наконец, видела подле дороги места двух евангельских слепцов, которые прозрением своим предызображали таинства того и другого народа, верующего в Господа (Мф.20:30–34).
Войдя в Иерихон, она осмотрела этот город, о котором сказано: «на первенце своем он положит основание его, и на младшем своем поставит врата его» (Нав.6:25). Видела Галгалский лагерь, и холм крайнеобрезаний, и таинство второго обрезания (Нав.5:2–3), и двенадцать перенесенных со дна Иордана камней, прообразовавших основания двенадцати апостолов, и источник закона, некогда горчайший и скудный, но который сделан приятным и обильным мудростью истинного Елисея (4 Цар.2:21). Едва прошла ночь, Павла уже в сильнейшем жару веры спешила к Иордану. Остановилась на берегу реки и, когда солнце взошло, вспомнила о солнце правды (Мал.4:2) и о том, как некогда среди этой реки стояли на дне не замоченные ноги священника, как, по повелению Илии и Елисея, по расступлении вод на обе стороны, волна служила путем (4 Цар.2:8), и как Господь своим крещением очищал воды, оскверненные потопом и запятнанные умерщвлением всего рода человеческого. Долго было бы, если бы я захотел говорить об Емек Ахор, т. е. долине беспокойства или тревоги, на которой осуждено хищничество и корыстолюбие (Нав.7:26), и о Вефиле, доме Божием, где на голой земле спал нагой и бедный Иаков, подложив под голову камень, который по описанию Захарии имел семь очей (Зах.3:9), a y Исайи называется камнем краеугольным (Ис.28:16), — и видела Павла лестницу, восходящую до самого неба, вверху которой утверждался Господь, простирая руку восходящим и низвергая с высоты нерадивых (Быт.28:12).
С горы Ефремовой Павла отдала честь и гробницам Иисуса, сына Навина, и Елеазара, сына Аарона первосвященника, из которых первый погребен в Фамнаф–Сараи, на север от горы Гааша (Нав.24:30), а другой в Гаваафе, владении сына своего Финееса (Нав.24:33), и немало удивлялась, что разделитель владений выбрал себе гористые и бесплодные. Она прошла через Сихем, который многие ошибочно называют Сихаром и который ныне именуется Неаполем; посетила церковь, построенную на склоне горы Гаризин подле кладезя Иакова, где восседал томимый жаждою и голодом Господь и был напитан верою самаритянки, которая, расставшись с пятью мужами, т. е. пятью книгами Моисея, и имея шестого, — это заблуждение Досифея, — обрела истинного Мессию и истинного Спасителя (Ин.4:5 и далее).
Повернув отсюда, Павла увидела гробницы двенадцати патриархов, Севастию, то есть Самарию, которую Ирод в честь Августа назвал греческим словом, равносильным Августии. Там погребены пророки Елисей и Авдий и Иоанн Креститель (которого больше не было среди рожденных женами). Там поражена и потрясена была она многими странностями: ибо она видела, как демоны потешались над разными человеческими мучениями, как люди перед гробницами святых выли по–волчьи, и лаяли подобно псам, рыкали, будто львы, шипели, как змеи, мычали наподобие волов, а другие вертелись на голове и через спину макушкою касались земли… Жалела она всех, и о каждом проливала слезы, умоляя в то же время Христа о милосердии. И здесь, несмотря на свое изнеможение, еще восходила она пешком на гору, в двух пещерах которой пророк Авдий питал хлебом и водою сто пророков во время преследования и голода. Оттуда поспешно продолжала она путь через Назарет, место воспитания Господа, Кану и Капернаум, бывшие свидетелями Его чудес; через озеро Тивериадское, освященное плаванием Господа, и пустыню, где немногими хлебами насыщены многие тысячи народа и остатками от напитавшихся наполнены корзины двенадцати колен Израиля. Взбиралась на гору Фавор, на которой преобразился Господь. Видела вдали горы Ермон и Ермоним и пространнейшие поля Галилеи, где побежденный Бараком Сисара пал со всем своим войском. Ей показывали поток Кисон, разделяющий эту равнину на две равные части, и недалеко оттуда город Наин, где воскрешен был сын вдовицы (Лк.7:11).