«И когда Он поднял на Себя древо креста и пошел, то они встретили и взяли некоего мужа Киринеянина», то есть из язычников, «и возложили на него древо креста» (ср.: Лк. 23, 26). Хорошо, что сами по своей воле отдали древо Креста язычникам, потому что бунтовщически отвергли пришествие, приносящее все блага. Это отвергнутое из зависти пришествие они передали язычникам. Из зависти отвергли Его, и к зависти их Он принят был язычниками, и Сам воспринял их, чтобы посредством принявших Его (язычников) вложить зависть в души тех, кои отвергли Его. А что Сам нес древо Креста Своего, то это ясно обозначает победу Его. И что не по принуждению других веден был на смерть, о том засвидетельствовал следующими словами: «власть имею над душой Своей отдать и снова принять» (ср.: Ин. 10, 18). А что некто иной понес Крест Его, то это произошло для того, чтобы ясно было, что Тот, в Ком не оказалось греха, взошел на Крест ради людей, которые извергли Его из среды своей.
«Если с зеленеющим деревом это делают» (Лк. 23, 31). Посредством (этого) сравнения Господь назвал Божество Свое зеленеющим деревом, а тех, кои приняли дары Его, сухим деревом. Кроме того, сказал «зеленеющее дерево», потому, что приносит плоды, как говорит в другом месте: «за какое из Моих благих дел вы побиваете Меня камнями?» (ср.: Ин. 10, 32). И если таковое терплю Я, в Коем вы не нашли греха, в котором вы имели бы предлог погубить Меня, ибо «кто из вас обличит Меня в грехе?» (ср.: Ин. 8, 46), – то насколько большее потерпите вы? Или сказал: «зеленеющее дерево», потому что сотворил чудеса, а сухим деревом называет праведников, кои не сотворили чудесных дел. Еще, если они настолько возненавидели и погубили зеленеющее дерево, плоды коего ели и листьями коего услаждались, то что сделают с сухим деревом, которое не (дало) ростков и не раскрыло почек своих, то есть с простыми праведниками, не сделавшими знамений?
Когда возвели Его на Крест, то распяли с Ним еще двух разбойников, «чтобы исполнилось сказанное: к беззаконным был причтен» (ср.: Мк. 15, 28). Один (из них), хотя мы и не знаем, был он обрезан или нет, словами своими оказался подобен обрезанному; другой же, хотя мы (тоже) не знаем, был он необрезанный или нет, словами своими уподобился необрезанным. Один сказал: «если Ты Христос» (Лк. 23, 39), то есть Царь, согласно словам обрезанных распинателей; другой же сказал: «помяни меня в Царствии Твоем» (ср.: Лк. 23, 42); подобно тому, как написали необрезанные: «это Христос, Царь Иудейский» (ср.: Мк. 15, 26). Необрезанные исповедали, что Христос есть Царь Иудейский, а не их царь, Иудеи же признали царем своим кесаря, князя других народов. Народ, который признал царство преходящее, исчез вместе с ним; кои же исповедали Истинного Царя, те, согласно обетованию этого Царства, вступили в рай утехи. Кесарем, которого признали царем своим, город их был разрушен, язычники же, исповедающие Царство Господа, унаследовали воскресение и жизнь тела своего.
«Если Ты Христос, спаси Себя и нас» (Лк. 23, 39). Господь не изволил сойти со Креста, как просил сей, потому что хотел возвеличить того, который был по правую сторону Креста и верил в Распятого; ведь посредством чудес легко можно сделать кого угодно своим учеником. Но произошло более могущественное: именно истина Господа принудила презрителя поклониться Ему. Посему апостол сказал: «немощное Божие сильнее человеков» (ср.: 1 Кор. 1, 25). Немощью Креста Господь покорил Себе все народы. Простри мышцы твои ко Кресту, дабы и мышцы Господа Распятого простерлись к тебе. Ибо кто не простирает руки ко Кресту Его, тот не приблизит рук и к трапезе Его, Ведь от трапезы Его будут устранены те, кои, быв приглашены алчущими, пришли к Нему насытившимися. Не позволяй себе насыщаться и не приступай так к трапезе Сына, чтобы Он не повелел тебе алчущим встать из-за стола.