Господи. Что случилось? Проносится в моей голове. Что с Мариной, с Лёшей? Мы ехали в такси и попали в ДТП?
-"Доктор".- говорю очень тихо и не узнаю свой голос. "Всё, что я помню-это номер телефона. Пожалуйста, позвоните по нему, срочно, доктор".
В горле пересохло. Я еле выговариваю цифры номера телефона Марины. И меня вновь накрывает темнота...
6.Марк.
Вот уже как три часа я лежу на диване и тупо луплюсь в потолок.
Не выходит из головы вся ситуация. И эта грёбаная "Олеся". А может она "Снежанна"? Или "Афродита"?
Да, похрен вообще. Просто дело всё в том, что я не хочу быть крайним.
Понятно, что вряд ли они захотят разбираться... там сто пудов нелегальная проституция процветает. Но мало ли.
А, да по фигу. В конце концов, бабла я отвалил доктору помимо оплаты за лечение, как наверное его три зарплаты.
Беспокоит меня больше всего то, что я себя не узнаю. Я никогда не славился состраданием и решением проблем окружающих. Ну если только они мне друзья, то да. Но "Олеся" точно мне не товарищ. Как в поговорке про гуся и свинью.
Сейчас я пытаюсь обдумать свой дебильный поступок в больнице и найти ему какое-то объяснение. Логика же должна быть. Марк, ты же не дурак, думай.
А, ну в общем всё сходится. Я не спал двое суток. Перед этим ещё и тусил. Это просто от недосыпа. И от недотраха. Ведь в ту ночь я рассчитывал на самый отвязный секс.
А тут эти пухлые губы. Мягкие. Податливые. Твою мать. Марко младший, ты охренел??? Всё, короче, надо ехать в контору и работать. Иначе, блин, это друг, что внизу, который стал вставать без дела, доведёт меня до греха.
Спать всё равно точно не получается.
Отлично, что отбил у отца право заниматься своей фирмой. Которую сам раскрутил. Не, ну немного и его денег на начальной стадии туда вложено... Но всё же, это моё детище.
Моя адвокатская контора.
Несмотря на свою безбашенность, всё-таки, я знаю, что мы ой как не уживаемся с батей. Не сходимся характерами. Поэтому солому мне нужно подстилать себе самому. Чтобы мне потом не сказали: "Адьёс, малыш, гони мои карты". Тут я легко смогу ответить: "Да пошёл ты, свои имеются ".
В общем, личный любимый бизнес, это круто. Тем более, остался последний курс, а тут, бац, диплом, своя фирма. Ну я же просто охеренный! Сам от себя тащусь. А ещё у меня же там оч классная секретарша Юля.
Да, Марко младший, Юлю мы сегодня отжарим по полной. Она тоже шлюха, как и все бабы, но элитная, в моём вкусе. Сегодня нам нужно максимально устать. Чтобы стереть из памяти эти чёртовы губы.
С этими неровными мыслями я и поехал на работу....
7. Лиза. Жизнь продолжается.
И снова привет, дневник.
Давно я тебе не изливала душу, если быть точнее, больше двух недель.
Мне стыдно. Стыдно писать, стыдно вспоминать, но я должна это сделать. Чтобы больше никогда не повторять.
Итак. Сессию мы отметили. И завершение клубной тусы я встретила в больнице и застряла там на две недели с сотрясением мозга.
Теперь по порядку. Я, оказывается, упала, разбила голову, потеряла сознание. И произошло это, хммм, на соседней с клубом улице, рядом с заправкой. Как я там оказалась, не знаю.
Помню только смутно, как вышла из клуба на воздух. Что кружилась голова. И я немного отошла от дверей, чтобы не слышать музыку.
Немного, это, видимо, на соседнюю улицу. Жееесть, конечно.
А вот что было дальше, ещё интереснее. Я смутно вспоминаю, как сидела на газоне, как разговаривала с кем-то, может и сама с собой, пыталась встать. Помню боль в голове. А потом совсем ничего.
Дальше белая палата. И как меня дико напугало то, что врач назвал меня какой-то Олесей.
Оказывается, меня привёз в больницу парень, который сказал, что он мой старший брат и что меня зовут именно так. Теперь ненавижу это имя. Как и свою тупость и безрассудство. Когда я окончательно пришла в себя, меня охватила дикая злость на этого незнакомца. Как он посмел??? Врач сказал, что его можно найти, так как он оплатил лечение своей именной картой.
Но я подумала и решила, что не стоит. Скорее всего он увидел меня на дороге, привёз и просто не хотел проблем, вот и выдумал историю с сестрой. Конечно, стоит вернуть ему деньги. Но мне безумно стыдно. И я хочу скорее это всё забыть, как страшный сон. В конце концов, если бы он так этого хотел, приехал бы в больницу и потребовал возмещения.