Белёсая дымка стала окутывать мощное тело демона. Исчезая, он еще раз улыбнулся и, подмигнув, полностью растворился в прозрачном мороке. Я не успела даже подумать о его последней фразе, которую он бросил напоследок. Не успела даже моргнуть, как в углу комнаты заклубились чернильные тени, выпуская на волю огромное, черное тело кровожадного, хозяйского пса. Здоровенные, когтистые лапы шагнули вперед, развевая мглистую дымку. Клыкастая, хищная морда задралась вверх, а чуткий нос тут же втянул запах, витающий по всей комнате. Низкое, утробное рычание отразилось от стен, беспощадно вонзаясь в мое замершее тело. Мотнув громадной головой, цербер направился в мою сторону, не отрывая свирепого взгляда от воскового лица. Когда мощная лапища остановилась всего в нескольких сантиметрах от моей поджавшейся ноги, пёс оскалил желтоватые клыки и, вновь втянув душащий меня воздух, глухо прорычал:
- Чужоооооой...
Глава 7.
Мне снился сон.
Тягучий, словно приторная патока. Наполненный туманными образами и чувственными, сладострастными стонами. Шелест шелковых простыней, сухой треск разрываемой ткани, яростное, сдавленное шипение сквозь стиснутые зубы и.. приземлившийся мне на голову мужской пиджак, который заставил встрепенуться и, распахнув глаза, сорвать с лица чертову вещицу. Если всего несколько секунд назад, я думала, что эти душещипательные стоны мне всего лишь снятся, то сейчас.. сейчас я сидела на полу у изножья огромной кровати этого дьявола и слушала противное, жадное причмокивание с характерными гортанными захлёбываниями. Я была большой девочкой и сталкивалась в своей жизни с таким видом ублажения, как минет. И даю голову на отсечение, что именно это действо, в данный момент, происходит на этой долбанной кровати, к ножке которой прикована я. И, судя по всему, этот беспринципный нахал заполняет рот какой-то бабищи, совершенно не стесняясь моего присутствия.
- Хамло циничное! - прорычала я и вместо того чтобы заткнуть уши, а затем попробовать погрузиться в спасительный сон, сомкнула челюсть, осторожно приподнялась, чтобы посмотреть, что происходит на этом здоровенном аэродроме.
От увиденного моя челюсть распахнулась и с громким стуком шандарахнулась о пол. На кровати, облокотившись спиной на резное изголовье и раскинув мускулистые, волосатые ноги, сидел этот демон, чей кроваво-красный взгляд был прикован к белокурой макушке, которая размеренно двигалась вверх-вниз.
- Глубже! - рыкнул дьявол, гневно дернув верхней губой.
Я должна отвернуться. А еще лучше, что-нибудь запульнуть в лоб этому рогатому, обломав ему всяческое удовольствие. Булькающий звук давящейся мартышки заставил брезгливо поморщиться и, совершенно забыв, где нахожусь, презрительно выпалить, не думая о том, что меня могут услышать:
- Чтоб ты подавилась! А еще лучше, откуси ему самое дорогое, может его непомерное эго уменьшится, как и этот жалкий, скрюченный огрызок.
Лоб обожгло прицельным огнем. Осознав, что мой злобный шепот в молчаливой спальне показался сродни колокольному набату, прикусила нижнюю губу и, медленно скользнув по могучей, татуированной груди вверх, столкнулась с алым, полным ярости взором. Беловолосая кукушка, не обращая внимания на мой выпад, продолжала работать ртом и вертеть своей задницей практически у меня под носом. Я ждала, когда этот Повелитель рогатых оттолкнет ее от себя и, свирепея, вывалит на меня очередную порцию дерьмища, но.. куда там. Глядя мне в глаза, он намотал белокурые локоны на кулак и, вдавив пятерню в черепушку податливой девки, стал яростно насаживать ее тыковку на свою, испещренную венами, громадину.
Кто кого, деманюка? Думаешь, я зальюсь краской смущения и отвернусь, снедаемая чувством стыда и брезгливости?! Хрен тебе на воротник, красноглазый! Если я вынуждена сидеть подле твоей кровати с этими чертовыми цепями, значит держи подачу, скотобаза.
Брякнув тяжелой цепью, поднядась на ноги и, под испепеляющим взглядом демона, склонила голову на бок, с неимоверным интересом разглядывая занимательный, глубочайший процесс. Явственно ощущая, как демонический взгляд прожигает во мне огромные, рваные дыры, приподняла бровь и, постучав пальцем по подбородку, деловито произнесла: