Я не слышала бормотания Грин. Не видела, как она, громко крякнув, откупорила медную фляжку и опрокинула в себя вонючую коричневую жижу. Не видела, как за её спиной показалась высокая, мощная фигура мужчины, а стальные глаза блеснули ярко-алым огнем.
Глава 22.
Я всегда был таким. Жестоким, циничным, безразличным к чужой боли и страданиям. Только брал своё, упивался криками грешников, пил их прогорклые души, глядя в подёрнутые мутной пеленой глаза. Для меня они всегда были лишь падалью. Гнилыми, смрадными душонками, оставляющие тошнотворное послевкусие на языке. Да, я всегда был таким. Равнодушным, черствым, безжалостным чудовищем, истинным дьяволом, который обращал в пепел зловонных людишек.
Но… только не с ней. Тьма ее забери. Не с ней.
В голове до сих стоит её отчаянный истошный крик. Крик, который навсегда останется в памяти, выжженным кровоточащим клеймом. Точно таким же, как и на её тонкой обезображенной шее.
Я говорил сам себе, что поступил верно. Что она никчемная рабыня, посмевшая переступить грань дозволенного. Всего лишь игрушка, ещё одна ненужная вещь, которая будет пылиться в цветастом гареме. Пытался доказать самому себе, что гребанная отметина, которую обычно выжигает демон на потенциальной спутнице - единственный выход. Метка, связывающая наши души, позволяющая чувствовать эту жалкую человечку даже на расстоянии. Её эмоции, чувства, ощущения. Ведь я должен знать, что испытает она, когда этот подонок вновь посмеет появиться. Да.. именно для этого и нужна была метка. И, когда с Вескером будет покончено, я просто выброшу жалкую человечку из своей жизни.
Ты всё рассчитал, Артэн. Использовать её, насильно привязать к себе для достижения своей цели. Ведь она всего лишь мусор, ничто. Именно поэтому, ты вызвал Грин, когда ОНА не очнулась. Поэтому стоишь сейчас в дверях, глядя на то, как корчится от боли её худосочное тельце. Поэтому до мерзкого хруста, до опоясывающей боли сжимаешь кулаки, впитывая в себя её болезненные стоны.
- Дыру прожжешь.
Сиплый, шершавый голос Грин нагло, бестактно вырвал меня из невеселых мыслей, наотмашь ударив едва скрываемой насмешкой.
- И давно ли это, Ваше Темнейшество, вы сами стали к болезным являться? М? И вообще, - небрежно бросив на приземистый, грубо сколоченный стол пучок пахучей травы, старуха стрельнула в меня острым испытывающим взглядом, - чего это Вашество вы так начали о дрянных рабынях заботиться?
- Годы не сделали тебя мудрее, Грин. Иная бы в ноги упала, если бы к ней в кладовку сам Повелитель явился. А ты..
- А я не «иная», Артэн. Да и не стала бы другая ведьма твои проделки каверзные исправлять.
- «Проделки».. Славно ты расправу над девицей завуалировала, - с хрипотцой в голосе тихо проговорил я, поворачиваясь в сторону узкой, неказистой кушетки, на которой лежала бледная, как бестелесный дух Полина.
Грин молчала. Сопела, шуршала многочисленными свертками и молчала. Хотя, зная ее, понимал, что сказать она может многое, вот только не место сейчас, да и время не то. Глубоко вздохнув, сделал решительный шаг к кровати. Она была бледна. Слишком. Мокрые пряди прилипли к влажному лбу, длинные ресницы черными веерами лежали на бескровных щеках, сухие, потрескавшиеся губы были приоткрыты, выпуская на свободу едва слышный глубокий выдох. Сжав пальцы в кулак, опустил взгляд ниже. Туда, где пульсировала жилка. Туда, где огромный, глубокий ожог навечно впился своими клещами в нежную, смуглую плоть. В груди шевельнулось странное, до этих самых пор спящее чувство. Что это? Сожаление? Раскаяние? Нет! Мотнув головой, сделал порывистый шаг назад, как вдруг услышал за спиной тихий шелестящий голос Грин, заставивший замереть, прислушиваясь к каждому вылетевшему из уст ведьмы слову.
- Ты такой же, как и он. Всегда им был. Как отец. Жестким, властным, не терпящим неповиновения. Таким и должен быть Правитель, ведь так? Но всё же в тебе была и толика тепла, понимания. Та мизерная, еле заметная искорка, доставшаяся тебе от матери. Ты же не так жесток, мой мальчик, каким предстал пред ней. Я вижу, чувствую, что эта человечка не так проста. Чем-то она важна для тебя. Что-то в ней есть такое, что никак не может отвадить тебя от неё. Что-то такое, что..