- Хватит!
Резко оборвав монолог старухи, обернулся и, смерив каргу равнодушным взглядом, властно припечатал:
- Даю тебе два дня. Не сможешь помочь, значит напрасно тебя моя матушка всю свою недолгую жизнь восхваляла.
Зря пришел сюда. Зря позволил непонятным, бурлившим внутри эмоциям на краткое мгновение одержать верх. Она всего лишь рабыня. Жалкая человечка, посмевшая пойти наперекор своему Повелителю.
Развернувшись на пятках, стремительно покинул закуток запыхтевшей от негодования врачевательницы.
Хитрая ведьма. Древняя, пронырливая развалина, сующая свой крючковатый нос, куда не следует. Скрепя зубами, вновь и вновь прокручивал в голове слова Грин, смысл которых, словно смертоносный яд, расползался по венам. Шагая по темному, мрачному коридору, не замечал ничего вокруг. Ни еле слышного шелеста полупрозрачной дымки, заклубившейся за моей спиной. Ни стройной ножки, осторожно вышедшей из белёсого морока. Ни сверкающего взгляда Агрис, который провожал мою мощную удаляющуюся фигуру.
От лица Агрис.
Я была переполнена ликованием. Оно взрывалось в груди яркими, разноцветными красками. Весь замок бурлил из-за потрясающей, столь чудесной новости. Повелитель, наконец, поставил на место эту проныру. Жестоко наказал за неповиновение, за самовольный уход из гарема с другим демоном. Этот проступок должен был иметь самые жестокие последствия. И суровое наказание не заставило себя долго ждать. Ядовито усмехнувшись, вспомнила, как запыхавшаяся Шалия примчалась ко мне с вестью о том, что ночью новенькая ушла с каким-то чужаком. Неизвестный демон с хрипловатым, бархатистым голосом и с пепельными волосами почти до самого пояса забрал рабыню с собой, оставив после себя легкий запах морозной свежести. В тот момент я не могла поверить своей удачи. До конца не осознавала, что всё повернется так идеально для меня. Для меня и моего Артэна. Под описание подходил только один бес. И это был тот, чьё имя, произнесенное подле Повелителя, способно было всколыхнуть мощный, неуправляемый поток ненависти и разрушающей ярости.
Вескер.
Именно я пришла к Артэну. Именно я поведала ему, что его новая наложница покинула гарем в жарких объятиях предателя. И именно я сейчас собираюсь убедиться в том, что эта ничтожная падаль закончит своё существование в этой замызганной, скрытой от лишних глаз подсобке. Хищная, злорадная ухмылка медленно расползлась по лицу, а цепкая рука ухватилась за тяжелую дверь, раскрывая ее шире. В нос тут же ударил пряный, дурманящий запах всевозможных трав. Нахмурившись, сделала осторожный шаг вперед, слыша, как где-то в глубине небольшой комнатушки кто-то шепчет целительное заклинание. Сердце предостерегающе замерло, будто подготавливая к тому, что откроется перед моим настороженным взором. Оперевшись на холодную стену, подалась вперед. Я представляла, что увижу, как истерзанное тело наложницы будет гнить в луже собственных экскрементов. Ждала, что с невероятным, мстительных удовольствием буду наблюдать за тем, как эта гадина испустит свой последний вздох. Но то, что предстало перед глазами, заставило моё тело задрожать от неуправляемого гнева.
Она была жива. И не просто жива. Над ее телом хлопотала ведьма, старательно накладывая целебную мазь на личную метку моего Повелителя.
Глава 23.
Удивительно, но чудодейственные травы и заклинания Грин подействовали быстро. Спустя всего несколько дней ведьминского врачевания меня вновь бросили к тиграм в клетку. Вернее к тигрицам, чьи зоркие глазки сразу узрели уродливый длинный шрам, обвивающий мою шею. Их реакции ввели меня в небольшой ступор. Надменная «шоколадка» свела черные брови к переносице и сверкнула отчетливым непониманием в янтарных глазах. Другая демоница задрала подбородок повыше, окатывая мою скромную персону, замершую на пороге спальни, уничтожающим, ревностным взором. Но больше всего удивила Шалия. Всегда дерзкая, острая на язык демоница тихонько сидела на своей кровати, глядя на яркое танцующее пламя в горящем камине. Я ожидала, что блондинка швырнет в меня очередной колкой фразой, брызнет ядовитой слюной, распыляя вокруг зловоние своей смрадной сущности. Я ошибалась. Девушка мазнула по мне безразличным взглядом и, подтянув стройные оголенные ноги к подбородку, продолжила гипнотизировать юркий трескучий огонь. Морально я была готова отразить несколько точных смертоносных словесных атак. Мысленно воздвигла вокруг себя оборонительную стену, из-за которой готовилась пулять в наложниц Артэна зловонными фекалиями. Но мне не дали этого сделать. Никто из присутствующих в комнате наложниц не собирался ехидничать или бросаться в меня едкой, разъедающей желчью. Поэтому, ослабив натянутую в душе тетиву, я прошла к своей заправленной парчовым покрывалом постели и, осторожно усадив болезную пятую точку, последовала примеру Шалии. Точно так же, как и она, уставилась на живший своей собственной жизнью огонь. Я старалась не думать об Артэне. Гнала от себя ужасающий своим гневом и яростью образ демона. Образ, являющийся мне почти каждое мгновение, пока была в беспамятстве. Я понимала, что в ближайшее время нам всё-таки придется увидеться. Ведь, если меня привели в эту спальню, а не нацепили оковы и не спустили в подземелье, значит я всё еще являюсь его наложницей. Следовательно, демон в любом случае явится сюда, либо отправит по мою душу свою верную черномордую псину.