Пробегая костлявыми длинными пальцами по позициям, она продиктовала девушке еще семь блюд и, закрыв меню, довольно протянула:
- Подавайте сразу все блюда. И принесите бокал красного-сухого. На ваш вкус.
Официанта, быстро записала заказ, и направилась в сторону кухни.
А Барбелло проводила ее заинтересованным взглядом. Она совсем недавно вновь обрела свободу. И новый, неизведанный мир очень нравился девушке. Ее восхищала современная одежда и обувь. Приводила в восторг музыка, ставшая более ритмичной. Удивляли электроприборы и транспортные средства. И она теряла голову от современной кухни. Изобилие специй и трав делали пищу насыщенной вкусом. А от разнообразия блюд разбегались глаза. И даже несмотря на то, что Барбелло не испытывала потребности в еде для смертных, и не могла в полной мере насладиться ею, девушка все равно продолжала посещать многочисленные рестораны, и заказывать все меню.
Заведение, в которое она нагрянула в этот раз оказалось совершенно пустым. Возможно, причиной тому являлось слишком раннее время: часы показывали начало десятого утра. К тому же, ресторан находился в спальном районе, в полуподвальном помещении тупикового проулка. Скорее всего, не каждый мог найти это место. И посетители здесь были в основном постоянные: те, кто давно знал о заведении, предлагающим экзотическую кухню.
Из дверей кухни показалась официантка несущая большой поднос, заставленный тарелками. Подойдя к столику Барбелло, она принялась аккуратно выставлять блюда, торжественно называя их наименования:
- Суп из ласточкиного гнезда, Лютефикс, Пача с овощами, фаршированный верблюд, салат Саннакчи, Крыланы в молоке, сердце лягушки, и блюдо дня: Хакарл. А так же, бокал красного-сухого вина. Франция. Урожай лета 1949 года.
Как только последняя тарелка оказалась на столе, Барбелло внимательно оглядела получившийся натюрморт. Все это изобилие стоило не малых денег. И, по всей видимости, богатые люди современного мира ничем особо не отличались от тех с которыми была когда-то знакома девушка. Богачи по-прежнему пытались утолить свой голод садистскими кулинарными изысками. Чего только стоил салат Саннакчи, который представлял собой все еще вяло шевелящиеся осьминожьи щупальца, приправленные кунжутом в масле. Конечно, во времена ее смертной жизни бывали блюда и поинтереснее. Барбелло хорошо разбиралась в этом. Ведь будучи человеком она работала на кухне Графской семьи. В ее обязанности входило мыть посуду и чистить овощи. А созданием кулинарных шедевров занимался повар, подаренный Графу самим Королем.
Полный мужчина, с впалыми глазами и хитрой улыбкой, говорил на чужеземном языке. И с единственной сотрудницей кухни общался в основном жестами. Он был груб и обладал вспыльчивым характером. Но Граф ценил его за кулинарный талант и нескончаемую фантазию. Повар всегда находил чем удивить хозяев, которые любили полакомиться чем-то экзотическим, и славились своими званными ужинами на всю округу. Однажды заграничный кулинар подал к столу зародыша коровы, фаршированного кроликом. Вся знать присутствующая на застолье пришла в восторг. Барбелло не удалось попробовать не крошки. Но она не расстроилась по этому поводу. Блюдо выглядело просто чудовищно. А пахло еще хуже.
Но не рожденный бычок ни шел ни в какое сравнение с сердцем лягушки, принесенным официанткой, и выставленным на центр стола. На белоснежной тарелке в окружение свежих зеленых листьев салата лежало распотрошенное тельце лягушки украшенное живой головой с мигающими глазами. А на краю лежало маленькое, еще бьющееся сердечко. От этого зрелища даже Барбелло становилось неуютно. Неотрывно глядя в шевелящиеся глаза лягушки, девушка обратилась к официантке:
- Милая, ты не могла бы присесть ко мне за стол, и попробовать эту еду для меня.
Официантка, машинально отшатнулась назад, но продолжила вести диалог предельно вежливо:
- К сожалению, ресторан не предлагает услугу "ужин с официантом". Я не могу присоединиться к вашей трапезе.
Барбелло подняла взгляд на сотрудницу ресторана и, растянув губы в улыбке, мягко пояснила:
- Дело в том, что я не могу отведать вашу кухню. Особенности моего организма не позволят почувствовать вкус. Но если пищу попробуешь ты, то я смогу уловить твои ощущения. И это будет почти то же самое, как если бы ела я. Будь ласкова, присаживайся за стол.
Барбелло жестом указала на соседний стол. Но официантка даже не шелохнулась.
- Я бы рада была Вам помочь, но меня могут уволить, если я сяду к Вам за стол, вместо того чтобы работать.
Девушка обвела глазами пустой зал и, продолжая держать на лице приветливую улыбку, сказала: