- Здравствуй Максим. Проходи скорее. Не стой на пороге, как не родной.
- Здравствуйте, тетя Оля. – вежливо поздоровался парень и протискиваясь в узкую прихожую добавил. – Познакомьтесь – это Аня. Она тоже работала вместе с Семой.
- Чувствуй себя как дома Анечка. – тут же отозвалась женщина.
- Я тут привез немного продуктов. Сразу отнесу пакеты на кухню и потом посмотрю, что можно сделать с полками. – сообщил Максим и подхватив мешки быстро исчез в недрах длинного коридора.
- Максим, ты опять накупил гору продуктов. У меня еще с прошлого твоего приезда полки битком забиты. – смущенно крикнула ему в след тетя Оля.
- Ну и хорошо. Крупы, сахар, макароны – не портятся. Молоко в закрытой упаковке, тоже долго храниться может. А все остальное я много не брал. В следующий раз еще привезу. – послышался бодрый голос парня из кухни.
- Ты не должен этого делать. Ты же знаешь? – покачала головой женщина немного застенчиво улыбаясь.
- Не должен. Но я могу и хочу помочь. – спокойно произнес он вновь появляясь в прихожей.
- Ребята, давайте я вас хоть ужином накормлю. – спохватилась женщина. – А то вы же после работы. Наверное, голодные.
- Давайте. – легко согласился Максим и тут же добавил. – Только сначала я повешу полки.
Закончив фразу, парень уверенно направился в сторону комнаты. Судя по тому, как хорошо Максим ориентировался в квартире, он бывал здесь довольно часто.
- Аня, пойдемте на кухню. Я поставлю чайник. Хоть чаем Вас угощу, пока Максим будет заниматься ремонтом. Вы предпочитаете черный или зеленый? – задала вопрос тетя Оля ловко поворачивая колеса по направлению к проходу на кухню.
- Обычно, я пью черный. – ответила девушка проходя в след за хозяйкой дома.
Заварив чайник чая, тетя Оля поставила на стол вазочку с конфетами, и принялась аккуратно разливать напиток по милым маленьким кружечкам.
- Вы хорошо знали моего сына? – спросила женщина пододвигая чашку ближе к гостье.
- Честно говоря, не очень. – призналась Аня. – Мы работали вместе, но почти не общались.
Тетя Оля грустно кивнула в ответ. В комнате повисла молчаливая пауза. Чувствуя неловкость, Ане показалось, что она должна сказать хоть что-то. Глубоко вдохнув, она тихо произнесла:
- Я соболезную Вашей потери.
- Спасибо. – почти шепотом отозвалась женщина. – Сема был хорошим человеком и заботливым сыном. Так не справедливо, что кто-то лишил его жизни. И каким нужно быть зверем, чтобы совершить подобное?
«Очень голодным», подумала про себя Аня и потупив взгляд в чашку сказала:
- Полиция найдет виновного и обязательно накажет.
- Очень надеюсь на это. Жаль смертную казнь отменили. Человек способный творить подобные вещи не должен жить среди людей. Даже в тюрьме. – зло процедила сквозь зубы мать Семы.
Аня вновь ощутила себя не в своей тарелке. Сидеть рядом с женщиной чей сын погиб от рук самой Ани, казалось девушке не выносимым. Хотелось бежать из этой квартиры куда подальше. Аня почти приняла решение попрощаться и уйти, но на кухне появился Максим. Плюхаясь за стол, рядом с девушкой он довольно доложил:
- Я закончил с полкой. Больше падать не должна.
- Спасибо, Максим. Мне правда, так не удобно к тебе обращаться. Но ты же знаешь, что больше мне некого попросить. – грустно сказала женщина, нервно теребя край пухового платка.
- Нет проблем. Звоните в любое время. И я сразу приеду. – заверил Максим, потянувшись к вазочке с конфетами.
- Ой. – вспомнила тетя Оля. – Вы же голодные. Сейчас я покормлю вас горячем.
Продолжая тихонько причитать о своей беспамятности, женщина повернула коляску в сторону холодильника и открыв дверцу принялась доставать продукты.
- Может быть, я помогу Вам? – предложила Аня.
- Нет-нет. Я вполне могу справиться сама. А вы, ребята отдыхайте. – отозвалась тетя Оля ловко водружая на плиту кастрюлю.
На ужин, мать Семы подала макароны с фрикадельками и подливкой. Судя по тому с каким аппетитом Максим уплетал угощения – блюдо было вкусным. Жаль, что Аня не могла оценить стряпню женщины. Для нее, что макароны, что фрикадельки на вкус казались пресными, а по запаху вообще отдавали толи заветренной мертвечиной, толи тухлыми яйцами. Но несмотря на это девушка стоически отправляла еду в рот, стараясь не выдать мимикой своего отвращения.
За столом тетя Оля в основном обсуждала смерть сына и его убийцу. Женщина желала этому человеку неописуемых мук, совершенно не стесняясь в эпитетах. В ней было столько злости и жестокости. А возможно в ней говорили боль и отчаянье. Ведь у нее отняли единственного сына. Аня не хотела рассуждать на эту тему. Покидая квартиру женщины в инвалидном кресле, она ощущала себя совершенно разбитой. До этой встречи ей и в голову не приходило, что для кого-то смерть противного Семы может быть большой утратой. Но мать любила парня. И Аня почувствовала легкий укол вины за то, что оставила несчастную женщину совершенно одну в этом мире.