Попасть в Обитель Покаяние можно было разными путями. По миру насчитывалось не меньше сотни входов. Но сложность заключалась в том, что дорогу знали лишь крылатые войны. И как бы Ви не хотела оставить Камаила в теле крысы навечно, но без его помощь не обойтись. А он соглашался стать провожатым только при условии, что ведьма снимет проклятье. Пришлось пойти на уступки. На кону было нечто большее, чем шкура старого крысеныша. Но сделка с Камаилом, и его скорая свобода ничуть не огорчали девушку. Даже наоборот. Вряд ли она могла надеяться на то, что крысеныш когда-либо окажется полезнее, чем сейчас.
К тому же оставалось всего несколько рывков, для того, чтобы план Ви сработал. У нее было для этого почти все необходимое: темная душа, все семь перстней, и чистая душа. Барбелло, возжелавшая жить, вскоре принесет один из важнейших ингредиентов для восстановления клеток. А все остальное Ви намеревалась добыть в Обители Покаяния. И необходимые для этого инструменты находились у нее за спиной в рюкзаке: хорошо наточенный топорик и две двухлитровые пластиковые бутылки из-под воды.
Пробираясь по направлению к горам, Ви ощутила на коже внезапные порывы ветра. А устремив глаза в небо она увидела парящего в облаках крылатого воина. Камаил тоже заметил путников, и принялся стремительно спускаться к земле. И стоило ногам коснуться травы, как он недовольно процедил:
- Вы очень долго.
Ви усмехнулась.
- Мы летели на самолете, а не на крыльях, подаренных нам самим Создателем. Конечно, мы долго.
А Август с нескрываемым интересом спросил:
- Ты давно нас ждешь?
- Около трех часов. - сообщил Камаил, ровным тоном. - Возможно чуть больше.
- Ничего себе, как ты быстро долетел. - искренне восхитился парень.
Но Камаил словно и не обратил внимание на восторг в голосе человека. Неотрывно глядя на верхушку гор, он шумно вздохнул.
Ви поджала губы, и недовольно процедила:
- Не нужно делать такое лицо, как будто тебя собираются повесить на древо страдания. Мы просто спустимся туда, и поднимемся обратно.
Крылатый воин отрицательно покачал головой.
- Давно не спускался в Обитель. Навеивает воспоминания.
Август погрустнел, и аккуратно поинтересовался:
- Ты был приговоренным грешником? Наверное, это очень болезненные события в твоей жизни. Пытки и издевательства. О таком не приятно вспоминать.
Ви в голос расхохоталась.
- Да, уж. Ему очень неприятно вспоминать о пытках. Особенно, если учесть, что большинство из них он и придумал. Правда, крысеныш?
Лицо Августа вытянулось в изумлении. А Ви, заметив реакцию собеседника, пояснила:
- Много веков Камаил был палачом Обители Покаяния. Он пытал своих братьев за грехи не давая багровому озеру пересохнуть.
Крылатый воин покосился на девушку, и сквозь зубы процедил:
- Закрой рот, мерзость. Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.
- От чего же? - продолжила веселиться Ви. - Я отлично понимаю, о чем виду речь. Велиал часто вспоминал искусного палача, пытавшего его несколько сотен лет в Обители. Он в красках описывал все страдания через, которые ему пришлось пройти. И то хладнокровие с котором его разделывали на мелкие кусочки по нескольку раз за день. Как-то с него сняли кожу целиком. А однажды, палач вынул ему один глаз и повесил себе на шею, как трофей. А еще...
- Достаточно! - выкрикнул Камаил, перебивая девушку на полуслове. - Я знаю все, что ты собираешься сказать.
- Конечно, знаешь. - кивнула Ви. - Ты же был там. И ты проделывал с ним не только то, что я описала. Там были вещи куда страшнее. И кто, после этого, из нас двоих мерзость, Камаил?
Задав вопрос, она кинула на крылатого воина многозначительный взгляд, и быстрым шагом прошла вперед. Но краем уха, девушка хорошо услышала ошеломленный голос Августа:
- Ты пытал Велиала? Хозяина грехов?
- Тогда, он был просто запутавшимся воином небес. - тихо отозвался Камаил. - Он еще не сотворил мерзких отребий и не пытался взломать Ларец Создателя. Он был болен земной женщиной. И моим долгом являлось исцелить его.
Ви обернулась и язвительно заметила:
- Отлично же тебе это удалось.
Камаил ничего не ответил на колкое замечание. Лишь устремил холодный взгляд вдаль.
А Август взволнованно проговорил:
- Он ведь был влюблен. Не думаю, что любовь можно вытравить пытками. Поэтому тебе и не удалось.
Ви вновь засмеялась.
- О, да. Про любовь Камаил отлично знает.
А крылатый воин, размеренно заговорил:
- Воины небес не испытывают любовь. Это блажь. И Велиал поддался искушению. А я пытался помочь. Мой брат - лучший из воинов, оказался повешен на древо страданий. А меня обязали исправлять это. И видеть его, обычно сильного и непобедимого, немощным и раздавленным - невыносимо. Я просто хотел это остановить. Я думал, что если сам убью девушку, то Велиал станет прежним. Но я не справился с задачей, а сделал только хуже.