В помещении повисла гробовая тишина. А Алиса ели слышно спросила:
- Хочешь сказать, что Август погибнет, если умрет Велиал?
Камаил молча кивнул.
А Май растерянно пробормотал.
- Это какая-то ошибка. Ви не стала бы предлагать подобное моему брату. Она должно быть не знала об этом.
Но Камаил развеял его сомнения, тихо произнеся:
- Знала. Это единственный способ убить Велиала. Нужно, чтобы Чистая душа добыла ветвь древа страдания добровольно спустившись в Обитель Покаяния. А после, Чистая душа должна выбраться живой, чтобы умереть вместе с крылатым воином, которому предназначен удар ветвью. Мальчишка чуть не умер, там внизу. Но Виррьер удалось его спасти. Для того чтобы он погиб позже.
Алиса сложила руки на груди, и зло процедила:
- Вот, стерва! Я же говорю: она всех нас решила подставить! Плевать ей, кто умрет, лишь бы добраться до Велиала!
А Август кинул взгляд сомнения на Камаила.
- Но почему ты помогал ей? Ты же знал о том, что она задумала.
Май нервно рассмеялся, и процедил:
- А его совесть заела. Убить невинного человека не так-то просто. Но когда проводишь столько времени в теле грызуна, начинаешь вести себя как крыса.
Но Камаил отрицательно покачал головой.
- Темные души, чистые души: вы все не должны существовать. Ваши смерти ничего не значат. Так же, как и дочери-греха не должны бродить по земле. Они мерзость, созданная безумцем. И их необходимо остановить любой ценой.
Алиса растерянно оглядела присутствующих. На их лицах тоже отражалась озадаченность. И девушка аккуратно спросила:
- Но раз тебе плевать на наши жизни, зачем ты рассказал нам правду?
Камаил немного помолчал. Разговор с людьми ему явно давался с трудом. Но собравшись с мыслями, он все же произнес:
- Велиал - крылатый воин, создавший новое существо. Он напитал дочерей-греха своей энергией бессмертия. Фактически он поддерживает в них жизнь. И я был готов помочь Виррьер попасть в Обитель Покаяния, и достать ветвь с древа страдания, для того, чтобы убить не только Велиала, но и все семь его созданий. Стоит Хозяину грехов издать последний вздох, и его дочери тоже умрут. А мир очиститься от мерзости.
Алиса усмехнулась.
- Дай, угадаю: Ви не знает о том, что ее жизнь напрямую зависит от жизни Велиала?
Камаил кивнул.
- Она думает, что убьет его, и освободиться. И я должен был позволить ей. Но не могу. Она должна остаться жить. И если вы хотите сохранить жизнь Чистой души, то не станете пытаться убить Велиала.
Май непонимающе покачал головой.
- Какой-то бред. Какое тебе дело до Ви? Ты же ненавидишь ее. Она превратила тебя в крысу. Ты называешь ее мерзостью.
Камаил устало закрыл глаза. А Август ели слышно сказал:
- Он влюблен в Ви.
Крылатый воин устремил на говорившего взгляд, наполненный гневом.
- Замолчи. - зло процедил он.
Но Август мягко улыбнулся, и продолжил говорить.
- Это ведь правда. Столетия, проведенные с ней оставили свой след. Ты освободился, вернул свое тело. Но твой разум остался с ней.
Камаил, молниеносно подлетел к парню, и схватив его ладонью за горло, прижал к стене.
- Заткнись! Закрой свой грязный рот! - прорычал он.
Крылатый воин принялся душить несчастной парня. А Алиса и Май испуганно бросились оттаскивать разгневанного Камаила. Повиснув у него на руке, девушка закричала:
- Отпусти его, гамадрил крылатый!
А Май обхватив, Камаила за торс, пытался оттащить воина от брата.
- Хватит, Камаил! Возьми себя в руки!
Но попытки людей остановить крылатого воина не увенчались успехом. Он, холодный и твердый, как камень, даже не двинулся с места. А лишь продолжал сжимать ладонь на шеи своей жертвы. Но Август будто и не был напуган. Слегка хрипловато, он снова заговорил:
- В Обители Покаяния ты спас ее. Закрыл своим телом от ветвей древа страдания. Ты знал, что если ее ранит, она погибнет. Я подумал, что она нужна тебе, чтобы сделать клетку для дочерей-греха. Но выходит это не так. Ветвь с древа и Чистая душа - все, что необходимо, чтобы избавиться от Велиала и дочерей-греха. Но ты спас ее. Руководствуясь инстинктами ты закрыл собой того, кто дорог. Ты влюблен в нее. И даже если ты сломаешь мне шею это ничего не изменит.
Свободной рукой Камаил гневно ударил кулаком в стену, оставив на поверхности дыру. Но Августа отпустил. Небрежно откинув от себя людей, старавшихся его остановить, он недовольно высказал:
- Не прикасайтесь ко мне. Никогда, не трогайте меня.
Алиса отлетела в сторону, ели удержавшись на ногах, и возмущенно процедила:
- Очень хотелось тебя трогать, псих невменяемый.
А Май кинулся к брату, осматривать его поврежденное горло. Убедившись в том, что Август в порядке, он посмотрел на крылатого воина, и рассерженно сказал: