– Это… подло, – это все, что смогла произнести. Я была несколько подавлена и зла. Почему–то зла на себя, что я, будучи дочерью, вообще не интересовалась данной частью жизни папы.
– Более чем, – Джеймс, судя по всему, закончил читать раньше меня и теперь допивал остывший кофе. – Итак, теперь мы хоть знаем, что именно нужно от Элизабет. Только осталось узнать, где же эта штуковина, которую так рьяно ищут.
– Да. Мисс Скотт, – обратился ко мне Эден. – Может, вам все же мистер Скотт что–нибудь да рассказывал? Может, оговаривался, делился мыслями о новом проекте?
Покачала головой. Ничего, мне папа совершенно ничего не рассказывал!
– В том–то и дело, что я абсолютно ничего не знала. Он в последние дни перед… – я запнулась, но продолжила: – почти не контактировал ни с кем.
Шумно выдохнула и сделала несколько глотков чая.
– Ладно, – мистер МакКуин на миг устало прикрыл глаза, видимо, действительно вымотался. – Ладно. Ознакомились с результатами своего дела?
Я не успела ответить, что нет, потому как в разговор включился Харрисон:
– Прочитал. Скажи, Эден, я правильно понял, что “Миртл Студис” должна возместить ущерб за то, что они совершенно случайно заподозрили не ту, и в принципе ничего не теряли?
Ничего себе! Похоже, мне несказанно повезло, потому что… Да потому что случайностей не бывает! Вообще и абсолютно.
– Верно. В сумму ущерба входит оплата моих услуг за участие в данном деле включительно.
Мое удивление было… Да огромным и необъятным!
Жизнь, однако, любит иронизировать.
Впрочем, сейчас уже это неважно. Все неважно, кроме:
– Мистер МакКуин, а я же теперь могу заняться поисками работы? Сидение дома, откровенно говоря, – не мое, как оказалось.
Сидеть да, а вот дома и с… Черт, не о том, Элизабет, вообще не о том!
– Наверное, только будьте осторожны. Все же пока не разберемся с вашим наследством и Маликом А…
Странно, что нигде фамилия этого богача не указывалась, даже вот Эден не назвал. Может, не знают?
– Хорошо, спасибо, – поблагодарила я. И почувствовала горячую мужскую ладонь у себя на колене, которая совсем не больно меня ущипнула, а потом властно сжала вышеуказанное. Сжала наглую конечность и непреклонно убрала, на что Джеймс, склонившись к моему уху, прошептал лишь мне:
– Очень чопорный кролик.
Кролик?! Серьезно?
Какой бы глупой не была кличка, данная мне мужчиной, губы растянулись в дурацкой улыбке, а сердце отчего–то стало стучать сильнее. Это же аритмия, да? Пусть будет она самая, а не полная потеря серого вещества в виде не менее полной влюбленности!
– Ладно, – адвокат встал, собрал со стола папки. – Мне пора. Мисс Скотт, если появится информация, то сразу же сообщайте мне.
Кивнула, уже прикидывая, что необходимо опросить брата. Вот дома этим и займусь.
Джеймс тоже встал, что–то сказал следователю, что именно не расслышала – аккурат в этот момент у меня запиликал телефон, и я отвлеклась, дабы посмотреть на сообщение.
Оно было от Ника. Он писал, что сегодня останется у друга на ночь. В принципе, я вообще не против, все равно брат пока в школу не ходит из–за синяков, так что не тухнуть же дома? Нет, он молодой парень, ему просто противопоказано дурью маяться в четырех стенах. Потому я написала в ответ, что хорошо, но пусть сильно не шалят и допоздна не засиживаться. В общем, все в стиле заботливых мамочек.
– Лиззи, идём? – спросил Харрисон, едва мистер МакКуин скрылся за широкими дверями элитной кофейни даунтауна.
– Да, конечно, – поднялась с мягкого кресла, взяла свои сумочку, телефон и, бросив последний взгляд на широкие окна, замерла… На миг мне показалось, что в толпе промелькнула Джорджина, в лучах солнца блеснули черные, как смоль, волосы, но потом я так же внезапно ее потеряла из виду, толком не разглядев женщину. Решила, что показалось. Мама и в кафе? Инфаркт бы случился у нее, когда я бы озвучила ей эти несопоставимые слова. Да, вот никакой логики!
Уже сидя в машине и едя по направлению моего дома, я обнаружила ещё одно сообщение, только уже от некой фирмы “Эд энд Вик”. В нем черным по белому было написано, что их более чем заинтересовало мое резюме и они хотят увидеть меня завтра на собеседовании! Мое настроение сразу же сделало рывок, наверное, до самой высокой точки американских горок, а потом плавно, что не характерно для этого аттракциона для экстремальщиков, продолжила свой путь.