– Джеймс, а меня приглашают на собеседование, – радостно сообщила я собранному Харрисону, который сейчас полностью сосредоточил свое внимание машине и дороге.
– Куда? – он на секунду перевел взгляд на меня.
– В компанию “Эд энд Вик”. Они увидели на сайте мое резюме и…
– Малышка, – перебил меня Джей. – Я не хочу казаться прямо полным циником, но… Думаешь, не лохотрон? Потому что раньше я не слышал о компании с таким наименованием. Хотя, возможно, я ошибаюсь.
Черт, а у меня как–то и мысли о таком развитии событий не посетило… А ведь в чем–то мужчина прав.
– Сейчас проверим, – коротко ответила я, уже без того взрыва эмоций. Итак, открыла в смартфоне поисковик, вбила запрос “Эд энд Вик” и… И сайт у компании существовал. Красивый, с разными функциями и даже с отзывами.
– А вот сайт у них есть, как и, впрочем, упоминания о компании, – озадаченно отозвалась и вынесла вердикт: – Схожу завтра, посмотрим. Но я всё равно безумно рада.
Джеймс, мрачный и хмурый, кивнул. До моего дома доехали молча, лишь когда машина плавно притормозила у подъезда, предложила Харрисону:
– Зайдешь на чай? Ну, или на то, что хочешь.
– На то, что хочу? – лукаво улыбнулся он. – Точно?
– Не точно, – пробормотала, покраснев, если быть честной, до корней волос.
Джеймс мягко рассмеялся и сообщил:
– Есть хочу. Накормишь?
Кивнув, первой выскочила из автомобиля и пошла ждать у крыльца мужчину. Тот, заглушив двигатель, вышел из салона и включил сигнализацию.
Квартира нас встретила пустотой и тишиной, которая мне вообще не понравилась, потому, скинув кроссовки, прошла в гостиную и включила телевизор.
– Что показывают? – поинтересовался Джеймс, последовавший за мной.
– Что–то типа бразильских сериалов. Если не хочешь полного разжижения мозгов, то переключи, – и протянула пульт. – А я пойду переоденусь.
– Помощь нужна? – он взял протянутый пульт, бросил на диван, и в плен его пальцев попало мое запястье, сначала одно, а потом и второе.
– Н–н–не думаю.
От его пальцев исходило странное, обжигающее удовольствием тепло, которое мягким потоком поднималось выше, к плечам, к шее, а потом вниз, чтобы собраться в животе. А терпко–коньячный запах мужчины ударил в голову, отчего мир начал кружиться и вертеться.
Медленно, очень медленно, Харрисон склонился к моему лицу, не разрывая зрительный контакт, а когда горячее дыхание коснулось моих губ, то я сама поддалась вперед, чтобы полностью пропасть в его прикосновениях.
Но все разрушил трель телефонного звонка, как бы ни было это… Банально?
Сказка с хлопком разбилась вдребезги и рассыпалась по пространству. Я же, безмерно смущенная этой нежностью, которой был пропитан поцелуй, выскользнула из мужских объятий и, не поднимая глаз на Джеймса, достала из кармана джинс телефон. Даже не посмотрев, кто мне звонил, приняла вызов:
– Да?
– Лиззи, ты ведь уже дома? – раздался в трубке приятный голос брата.
– Ага. Тебе что–то нужно?
“Кто?” – скорее прочитала по губам Харрисона, чем услышала я.
Пока в телефоне слышалась возня, так же прошептала, что Ник.
Мужчина удовлетворенно кивнул и расположился на диване, при этом потянув меня за собой, причем на свои колени. Я не стала возмущаться, лишь устроилась поудобнее – Николас начал говорить:
– Я, кажется, где–то оставил свой айпод, – хмуро сообщил братик. – Но очень надеюсь, что дома. Черт, надеюсь, не потерял.
– Ник, ну ты даешь, – протянула я со смехом, потому что прямо передо мной, на журнальном столике, лежал серо–стальной айпод в пластиковом чехле. – Можешь не бить тревогу, стол держит в заложниках твой гаджет, вот вернешься, протрешь его, так и отдаст.
На том конце провода раздался вздох, полный облегчения:
– У меня ж на нем столько музыки, столько фильмов!
– Спроси про отца, – шепнул Джеймс, играясь с моими волосами.
– Слушай, а о чем ты в последний раз разговаривал с папой? – послушно задала вопрос я, ощущая, как напряглось мое тело…
Пару секунд Ник молчал, то ли вспоминая, то ли собираясь с силами, а потом заговорил, торопливо, словно бы боясь забыть:
– Странный вышел разговор… Он говорил про свое детство, точнее, как он с бабушкой и дедушкой переезжал с места на место, как они тащили с собой наш диван. А еще говорил, что этот диван был прабабушкин, бесценная вещь…
***
Ник ясно помнил тот день – тихий, как будто бы предвещающий беду. Когда судьба готовит ненастье, то наступает затишье, которое словно шепчет, что все хорошо, все отлично. Но идеальное хорошо – признак этого самого затишья перед бурей.