– А что не так? – не понял меня Николас.
– Прости, конечно, но эти галстуки… – подбор эпитетов закончился поражением всех возможных вариантов, потому назвала самую точную характеристику этих шедевров из ткани: – Они хреновые.
– Не обижай мою коллекцию х… Хреновых галстуков! – рассмеялся он. – Конечно, с собой повезу. Я же их коллекционирую, то есть спасаю от самой главной ошибки в жизни других.
Если честно, то я выдохнула. А то как представила, что брат нацепил на себя этот ужас…
– Ладно, я предупреждена, а, значит, спасена от инфаркта в дальнейшем. А теперь–ка бери тарелки и иди радовать соседей!
– А ты?
– А я буду накрывать на стол. Беги давай!
– Эксплуататор! – и Ник, бросив на диван и шарф, и тканевый кошмар, прошел на кухню, чтобы помыть руки.
Молча протянула ему бумажное полотенце, а потом, когда он вытер руки, и поднос, на который я аккуратно собрала часть тарелок.
– Ник, позови к нам на обедо–ужин миссис Салливан, – попросила, провожая его за дверь.
– С радостью, – кивнул Николас и скрылся за железной входной дверью.
Как–то я совсем забыла о миссис Салливан со всеми проблемами, которые сыпались на меня будто из рога изобилия. Очень стыдно, что в последний раз я проведывала добрую старушку… Очень давно. В последнее время лишь успевала поздороваться и перекинуться парой фраз. И даже на чай не звала, хотя мы с ней часто сидели вместе, говорили, а еще молчали. Важно иметь такого человека, с кем можно просто помолчать, не ощущая неловкость и потребность чем–нибудь разрядить давящую тишину. И, наверное, если бы не миссис Салливан с ее теплыми историями на каждый случай жизни и мудрыми советами, я бы просто с ума сошла в тот страшный период своей жизни, когда Ник был зависимым.
Ник уложился в три подхода раздать все угощения, а я же успела к его приходу с мисс Салливан подогреть соус.
– Привет, моя дорогая, – мягко улыбнулась соседка, проходя в квартиру.
– Здравствуйте, миссис Салливан! – я тоже улыбнулась. – Проходите, я уже накрыла стол. Ник, тебя тоже касается, давай.
– Давно мы не сидели как прежде, – заметила пожилая женщина, когда мы все расположились за столом.
Стыд вновь вернулся.
– У меня возникли проблемы с работой и… – покраснев, попыталась оправдаться.
– И ещё любовь пришла, – закончила за меня с понимающей улыбкой она. – Видела твоего мальчика. Статный, высокий, вспомнила сразу своего мистера Салливана в молодости…
Ее улыбка покрылась налетом грусти.
– Как вам мое спагетти? – спросила, желая перевести тему. – Никогда раньше не готовила сливочный соус, хочу узнать, получилось ли у меня приготовить его.
– Отлично, – ответил за соседку Ник. – Лучше расскажите, миссис Салливан, какую–нибудь историю. А то, боюсь, вряд ли в ближайшее время мне удастся потом насладиться вашими рассказами.
– Ну какая я тебе миссис Салливан, Ник? – она поправила идеально собранные в прическу седые волосы, воротничок простого, но элегантного платья. – Для такого привлекательного молодого мужчины я Мэйгрид. – И уже серьезно, обеспокоено, спросила: – Вы куда–то уезжаете? Что–то случилось, детки?
Я вытерла руки салфеткой и, сделав глоток яблочного сока, сообщила новость:
– Мы переезжаем. Сегодня уже самолёт.
– Очень далеко? И зачем? – она отложила столовые приборы, тоже сделала глоток, но только чая.
– Так сложились обстоятельства, – туманно ответила я, раздумывая, говорить, куда едем, или все же не стоит. Поколебалась с минуту и все же сказала: – Летим в Сан–Франциско.
Старушка покачала головой, вновь поправила свои волосы.
– Покидаешь меня, птичка? Но это хорошее дело – путешествовать. Свое восприятие мира всегда стоит шлифовать, а то от сидения за телевизором оно становится как булыжник со светлой и черной стороной…
А потом мы слушали невероятную историю про приключения миссис Салливан с ее мужем по восхитительно–прекрасным землям Ирландии. Прощальный вечер вышел теплый, уютный и совсем не печальным – мы ели, смеялись, потом вместе убирали со стола, чтобы приступить к десерту. По итогу моего кулинарного дня я почти освободила наш холодильник – на полке остались лишь ореховая паста и ветка бананов, которые сейчас и выудила.
Бананы с ореховой пастой – очень вкусное сочетание, так что на десерт самое то.
И после того, как обняв нас с Ником и пожелав хорошего пути, пожилая соседка ушла к себе. В моей душе царил полный штиль – улыбка не сходила с лица, правда, меня немного подгонял, кусая мою пунктуальность, дедлайн. Часы показывали уже без сорока десять!