Антон собрал полотенца и бросил их в высокую корзину у стены.
— Нет, вам показалось, он просто застенчивый, — попыталась защитить Джейка София.
— Застенчивый! Дорогая, если бы он был застенчивым, то не вел бы себя так, словно он все время находится на сцене, — ответила она. — Антон, прошу тебя, любимый, налей мне еще вина. Это единственное, что может воодушевить такую старушку, как я.
— Не стоит раскисать, Мэгги! — отругал ее Антон, но тут же сочувственно улыбнулся. — Тебя закружит в вихре жизни какой-нибудь красавец, раньше, чем ты думаешь, правда, София?
Она согласно кивнула.
— Давид Гаррисон, продюсер пьесы, в которой играет Джейк, пригласил нас к себе в загородный дом на уик-энд, — сообщила она, ставя щетку к стене и присаживаясь рядом с Мэгги.
— Разве мы не знаем, кто такой Давид Гаррисон, а, Мэгги?
— Да, он очень знаменит. Развелся лет десять назад, не помню точно. Развод был довольно громким. Вот это мужчина для тебя, дорогая.
— Не смеши меня, Мэгги. Я счастлива с Джейком.
— Жаль, — поджал губы Антон.
— Ну, как хочешь, дорогая, — сказала ей Мэгги. — Не говори, что я тебя не предупреждала, когда Джейк сбежит с какой-нибудь актрисой. Они все такие, актеры. У меня у самой были подобные кавалеры. Я бы ни за что не согласилась встречаться с таким даже за миллион. Что может не понравиться в солидном мужчине, который и опытнее, и богаче, и намного образованнее? Антон?
— Может, София расскажет нам, когда вернется, — подмигнув, обронил Антон.
Джейк заехал за Софией в квартиру на Квинс Гейт в субботу утром. Они мчались в его машине по трассе на Глостершир, и Джейк всю дорогу говорил только о себе. Он поспорил с режиссером относительно одной сцены в пьесе.
— Я ведь актер, и я знаю, как должен вести себя мой персонаж! Я так и сказал ему!
София вспомнила свой разговор с Мэгги и Антоном. Она мрачно наблюдала, как за окном мелькают тронутые морозом деревья. Похоже, Джейк даже не замечал, как примолкла София, занятый тем, что громко возмущался непонятливостью режиссера. Она с облегчением вздохнула, когда они прибыли в принадлежавший Гаррисону дом песочного цвета, который стоял в конце длинной дороги, ведущей от Берфорда.
Давид Гаррисон появился на пороге с двумя лабрадорами. Увидев машину, собаки завиляли толстыми хвостами. Давид был мужчиной среднего роста, поджарый, с копной светло-каштановых, слегка поседевших на висках волос и в маленьких очках с круглыми стеклами. Он встретил их приветливой улыбкой.
— Добро пожаловать в Лоусли. Не волнуйтесь о своем багаже, — сказал он. — Пойдемте, я угощу вас.
София проследовала за Джейком по гравийной дорожке. Мужчины обменялись рукопожатиями, и Давид по-приятельски похлопал Джейка по спине.
— Как приятно увидеть персонажа из «Гамлета».
— Давид, это София. София Соланас, — представил он свою спутницу, и София протянула руку.
— Джейк мне очень много о тебе рассказывал, — ответив ей твердым рукопожатием, произнес Давид. — Мне будет приятно познакомиться с тобой поближе. Заходите же, давайте не будем разводить церемоний.
Они прошли за ним по длинному холлу. Стены были украшены картинами, повсюду высились шкафы, полные книг. Паркетный пол закрывали персидские ковры, а в углах в фарфоровых горшках стояли большие растения. Софии очень понравился дом. Он был теплым и пахнул собаками.
Давид провел их в гостиную, где сидели четыре человека, ни один из которых не был знаком Софии. Гости курили и выпивали, глядя на весело полыхавшее в камине пламя. София вдруг вспомнила о доме Никиты в Санта-Каталине. Она подавила боль, которую вызвали у нее эти внезапно нахлынувшие воспоминания. Их представили другим гостям: Тони Мидлтону, писателю, и его жене Зазе, хозяйке небольшого бутика в городе, Гилберту Доранжу, французскому журналисту, и его жене Мишель, которую все называли Мише. Когда гости расселись, разговор возобновился.
— Чем же ты занимаешься? — поворачиваясь к Софии, спросила Заза.
София внутренне напряглась.
— Я работаю в парикмахерской «У Мэгги», — ответила она, представляя, как Заза сейчас вежливо улыбнется и отвернется с презрением.
Но, к ее радостному изумлению, подкрашенные зеленые глаза Зазы широко распахнулись, и она выдохнула:
— Поверить не могу. У Мэгги! Тони, дорогой!
Тони прервал себя на полуслове и повернулся к жене. Все замолчали.
— Ты не поверишь, но София работает у Мэгги!
Тони улыбнулся.