— Эй, дорогой друг! — крикнул Августин, бежавший к полю сломя голову.
— Какая чудесная история, — проговорила София, подумав о том, что эта притча очень понравилась бы дедушке О'Двайеру. Он разделял такую философию.
— Ну, Софи, ты готова сразиться?
София следила за тем, как он быстро оседлал пони.
История, рассказанная Санти, оставила глубокий след в душе Софии.
Она была вне себя от радости, когда и ее брат, и ее кузен вышли на поле. Ей казалось, что в этот момент она может покорить любую вершину. Такое же чувство охватило и Санти. Он скакал по полю, ощущая запах Софии, чувствуя ее присутствие во всем. Когда они начали игру, он решил, что не станет торопить приход завтрашнего дня или сожалеть о вчерашнем, так как настоящее было к нему столь щедрым.
София играла с Себастьяном, Августином и Санти. В команду противника вошли Рафаэль, Никито, Анджел и Фернандо. Это был дружеский матч, но в нем был настоящий азарт. Крики игроков разносились по всему полю. Взмокшие и возбужденные, они оглашали воздух восторженными возгласами и проклятиями.
Пако с удовольствием наблюдал за игрой дочери, видя в ней отражение собственной страстной увлеченности игрой. Она была единственной девушкой, которая играла с таким мастерством. София унаследовала все самые благородные черты от Анны — той Анны, которую он встретил в Лондоне. Анна, конечно же, не соглашалась с мужем, когда он делился с ней своими наблюдениями. Она сказала, что никогда не была такой конфликтной. По ее мнению, склонность к позерству у Софии — от отца.
Кузены Софии привыкли к ее присутствию на поле и уже не возражали против него. Одни спокойно восприняли ее участие в том памятном матче против команды Ла Паза, который они выиграли, но постарались больше не допускать ее к подобным мероприятиям. Другие же просто не знали, как вести себя в такой ситуации. Пако вынужден был согласиться с тем, что София должна играть только в команде с кузенами. А той было все равно, лишь бы ей разрешали играть. Для Софии поло было больше чем игрой: оно позволяло освободиться от всех запретов своей строгой матери. На поле к ней относились как к равной. Она могла делать все, что ей вздумается: кричать, прыгать, выплескивать свой гнев, а отец при этом только аплодировал.
Послеполуденное солнце удлинило тени до огромных размеров. Игроки обеих команд сражались, как средневековые рыцари, их черные силуэты бесшумно скользили по траве. Пару раз Фернандо едва не выбил Санти из седла, но тот лишь улыбнулся брату и ускакал прочь. Неужели он не видел, что агрессия только мешает игре? Закончив матч, они спрыгнули со своих взмокших пони, передав их конюхам, а сами направились к игровой дорожке. Все были одеты в широкие брюки и береты.
— Я собираюсь поплавать, — объявила София, вытирая со лба пот и чувствуя, как начинает зудеть кожа.
— Хорошая мысль, — поддержал ее Санти. — Я с тобой. Знаешь, ты стала играть намного лучше. Ничего удивительного, что Пако разрешает тебе играть все время.
— Но только в кругу семьи.
— Все правильно, — одобрительно отозвался Санти.
Рафаэль и Августин присоединились к ним, непринужденно похлопав Санти по спине, словно он и не уезжал. Все быстро забыли, что он два года провел вдали от родины.
— Увидимся у бассейна! — прокричал Фернанадо, собирая свои вещи и складывая их в джип.
Он наблюдал за братом, который шел в сопровождении кузенов. Лучше бы он навсегда остался в Америке! У Фернанадо все было в порядке, теперь же, когда Санти вернулся, он легко занял первое место. Но только теперь его обожали еще больше, ведь он столько всего видел! Фернандо попытался стряхнуть с себя ощущение собственной неполноценности и сел за руль. Никито, Себастьян, Анджел — все шли в сторону, противоположную их дому, и лишь махнули рукой Фернандо, показывая, что тоже собираются искупаться.
София разделась в прохладной темноте своей комнаты, завернулась в полотенце и направилась через аллею к бассейну. Окруженный тополями и соснами, бассейн манил ее своей искрящейся водой. На равнину спускался теплый вечер. Запах эвкалиптов кружил ей голову, а скошенные травы наполняли воздух пьянящим ароматом.