Я стояла с минут пять прямо у выхода с вокзала и прижимала к себе чемоданчик, словно сирота только-только покинувшая государственный пансионат, и не могла придумать что делать дальше.
Растерялась: весь мир открыт, делай что хочешь… Только вот проблема в том, что не знаешь, что именно хочешь.
На краткий миг я подумала о том, что может быть я просто могла бы затеряться в этом огромном мире, и никто меня не нашел бы. Но потом краем глаза я заприметила высоченного и здоровенного мужика, странно на меня косящего взглядом, и струхнула:
“Неужели это за мной?” — в ужасе подумала я, и пелена тут же спала с моих очей, — “Фигушки вам, а не взамуж за чудище”.
Воинственности во мне было не занимать!
Я тут же покрутила головой и заприметила остановившуюся как раз неподалеку от меня странную механическую машину, скользящую до того по мостовой на огромных колесах. Сделав умозаключение, что, вероятно, это аналог наших летающих колесниц с извозчиком, я подскочила с места и помчалась прямиком к машине.
Рванув ручку двери, как я полагала, я смогла последнюю открыть, после чего я плюхнулась на сидение и скомандовала:
— Подальше отсюда, пожалуйста. Желательно к международному банку.
Вот только вместо ответа от возницы на меня гаркнули с другой стороны.
— Да вы что, издеваетесь?
И снова голос был до боли знаком.
Я зажмурила глаза и гулко выдохнула, надеясь, что слуховая галлюцинация исчезнет, и возница откликнется. Но нет, напротив: противный голос лишь продолжил неприятно жужжать мне на ухо:
— Пожалуй, это верх наглости. Признайтесь уже: что вам от меня надо, и прекратите преследование.
Мужик явно был зол, хоть и старательно удерживал громкость голоса в дозволенном диапазоне.
Я уже трижды пожалела, что вообще встретила этого странного мужчину в ту ночь в забегаловке. В обычной своей жизни я бы четырежды хмыкнула и покинула эту злосчастную машину, оскорбившись неуважительному тону. Но сейчас у меня от страха тряслись коленки. Как только я представляла картину: я, одетая все в тот же спортивный костюм с капюшоном и не по здешней температуре теплое пальто, выхожу на улицу, и меня тут же под белы рученьки уводит тот бугай с косящим взглядом.
Потому, прочистив горло, я невозмутимо ответила:
— Вообще-то, я первая заприметила эту дивную машину.
— Эта машина называется автомобиль, — сквозь зубы поправил меня собеседник.
— Какая разница, — отмахнулась я, — Главное: я ее заприметила, а вы меня просто опередили ввиду вашей более крупной конституции. Будьте добры, покиньте мое средство передвижения.
Но собеседник в этом споре изначально должен был оказаться в выигрыше, потому что он совершенно не купился на мою ложь, а лишь ответил:
— И этот автомобиль мой. И водитель работает на меня.
Вот Бездна! Просто подстава чистой воды…
Я тут же переобулась на лету:
— Да? Ну так прекрасно. Подвезите меня пожалуйста до международного банка? — мило улыбаясь попросила я.
— С какой это стати? — возмутился незнакомец и выразительно приподнял бровь.
— Все же вы мне не чужой человек, — улыбнулась я, старательно изображая дурочку, еще и ресничками похлопала.
Глаза моего визави сами собой закатились.
— Что ж, полагаю, пришло время нам наконец познакомиться?
— Да-да, конечно, сейчас и познакомимся, — кивнула головой я, старательно высматривая с окошке того самого бугая, который неожиданно куда-то исчез, — давайте уже отправимся наконец, а по пути и познакомимся.
Мужчина отдал приказ и автомобиль тронулся с места.
“Слава Владыке”, — устало подумала я и даже улыбнулась.
— Ваше имя? — тем временем строго спросили меня.
— Вы первый, — опасливо потребовала я.
— Хорошо, — согласился мой собеседник, — Рейн Шейлард.