- Спасибо. Я буду стараться – она подарила мне ободряющую улыбку, и сняв руку с моего плеча, развернулась и ушла, напевая себе под нос какую-то песню. Проводив ее взглядом, я хотела последовать примеру Олега и быстренько убраться отсюда, но когда я уже почти вышла за дверь, как меня настиг Никита.
- Эй, мисс Преисподняя, хотела смыться без меня? – сказал он, закинув руку мне на плечи. У него на щеке красовался красный след от помады.
- Ага, избавишься от тебя, как же. Щеку вытри, Казанова. – ответила ему я, брезгливо оглядывая его след от поцелуя. Он, ухмыльнувшись, провел ладонью по лицу, только размазав субстанцию по щеке. Теперь это выглядело так, как будто ему отвесили пощечину, а не расцеловали на прощание.
- Ну, что, ты домой? – спросил он, поудобнее поправив рюкзак на плече, шагая вместе со мной по коридору, ведущему к лестнице.
- Да, сегодня много задали, да еще и этот тупой сценарий учить… - задумчиво произнесла я, зная, что как только приду домой, буду дочитывать роман, о котором недавно узнала в интернете.
- Пошли тогда провожу, буду маньяков и убийц от тебя защищать, – подколол он меня. Мы уже дошли до гардероба, и взяв верхнюю одежду, не спеша шли в фае, толкая друг друга в разные стороны. Бросив вещи на диванчик у окна, мы стали надевать свои куртки, я – черную, он – кислотно-зеленую. Никита как всегда не удержался от комментария о моем цвете одежды:
- Черная, как сама смерть, Ада Аристо спустится в преисподнюю, чтобы поглотить еще дюжину грешных душ… - произнес он низким тембром, делая подобие зловещего лица.
- Отвали. – сказала я, натянув его желтую шапку ему до подбородка. Он зашелся заливистым смехом и, поправив шапку, стал обувать ботинки. Я последовала его примеру и быстренько переобулась в такую же черную, как и куртка, обувь. Мы взяли свои рюкзаки и направились к выходу. Попрощавшись с вахтершей, вышли на улицу. Мороз приятно пощипывал лицо, а с неба падали крупные белые хлопья. Скрипя свежим нападавшим снегом, мы вышли с территории школы и направились в сторону моего дома. Проходя мимо парковки, я увидела в заведенной машине Олега. Он сидел на водительском сиденье без куртки и смотрел в свой мобильный. Словно почувствовав мой взгляд, он поднял голову и уставился на меня. Олег был весьма подкачанным парнем, под его серым свитшотом выступали мышцы, казалось, что его бицепс я не смогу обхватить даже двумя ладонями. Занимаясь самбо, он имел спортивное телосложение, хотя мне кажется, что оно было бы таким, даже если бы спорта не было в его жизни. Он был выше меня на голову, хотя я и считалась достаточно высокой среди сверстников. Его волосы были цвета каштана и пострижены под «ёжика», что ему безумно шло. О Боже, а его лицо… Мягкие выступающие скулы, густые темные брови и длинные ресницы, обрамляющие глаза, по цвету напоминающие льды Байкала. Иногда они меняли цвет и становились словно грозовые тучи, темно-серого оттенка. Когда я смотрела на него лицо, в голове возникал образ греческого бога войны – Ареса, с которым, на мой взгляд, у него было достаточно много сходств. От созерцания, меня оторвал Никита, толкнув в бок и весело шепнув мне на ухо:
- Эй, подруга, слюни подбери, а то куртку заляпаешь. – я резко повернула голову и мы столкнулись лбами, что было довольно больно. Прошипев обзывательство, я потирала саднящее место.
- Так вот что это было сегодня на репетиции! Я-то думал, она волнуется, а она просто засматривалась на Олеженьку! – ехидничал мой друг.
- Отстань, не хочу говорить об этом. – быстро сказала я, не желая обсуждать то, что было на этой треклятой репетиции.
- Да ладно тебе, все было не так уж и плохо. – пытаясь утешить меня, говорил Никита, шагая рядом со мной по скрипучему снегу. В моих глазах, устремленных к нему, можно было прочесть немой вопрос: «ты смеешься что ли?». Увидев мое выражение лица, он скривился и признал очевидное:
- Ну ладно, может и плохо, но могло быть и хуже!
-Хуже быть просто не может! Я выглядела полной дурой! – хныкала я, закрывая лицо ладонями в черных, теплых перчатках.
- Слушай, для чайника, это нормально. Тебе просто нужно привыкнуть к своей роли, адаптироваться к публике и не витать в облаках, как было сегодня. - с видом знатока констатировал Никита. Отняв руки от лица, я посмотрела на него и произнесла:
- Вревский, отвали, мне сейчас не до тонкостей актерского мастерства, - буркнула я. Мои плечи расслаблено опустились и я почувствовала облегчение и благодарность за его поддержку.
- Ну, какое тут актерское мастерство. Что, Снегурочка, слюнки потекли на Деда Мороза? – хохотнул он. Однако смеяться ему оставалось не долго. Ему в лицо прилетел снежок, который я успела незаметно слепить пока он придумывал новые шуточки.