Мама обеспокоенно косилась на меня, как будто пыталась рассмотреть во мне невидимые трещинки.
— Диан, — однажды сказала она, присаживаясь за кухонный стол напротив меня, — опять от него?
Она кивнула на свежий букет, стоявший в вазе у окна. Цветы ещё даже не успели раскрыться полностью. Пришлось поставить их на кухне, потому что в моей спальне закончилось свободное место.
— Да, от Глеба, — ответила я, делая вид, что занята телефоном.
Возле меня дымилась кружка с кофе, горьковатый аромат перемешивался с тяжёлым запахом роз.
— Чем он занимается? — в голосе мамы послышалась едва уловимая тревога. — Расскажи о нём.
Я нехотя подняла глаза.
— Он хороший, из обеспеченной семьи. Работает у отца, учится на юриста…
— А его родители? — перебила она. — Как они к тебе относятся?
— Я с ними не знакома, — я пожала плечами. — Но Глеб ко мне хорошо относится, а это главное.
Её ладони легли на стол, пальцы переплелись, словно она собиралась сказать что-то важное.
— Диан, я доверяю тебе. Ты у меня умная, но будь осторожнее.
— Мам, — я закатила глаза, — у меня всё под контролем.
— Вот именно этого я и боюсь, — вздохнула она. — Контроль ускользает, когда начинаешь думать сердцем, а не головой. Я не хочу, чтобы ты сломала себе жизнь.
— Почему сразу такие мысли? Ты же его даже не знаешь, — возразила я, начиная закипать.
— Познакомь меня, — попросила она. — Я хочу знать, с кем встречается моя дочь.
— Мам, сейчас не лучшее время, — выдавила я, глядя в кружку, лишь бы не встретиться с ней глазами.
— А когда будет лучшее? — спросила она с надрывом. — Когда он поиграет и бросит? А если забеременеешь? Кому потом ты будешь нужна?
— Что? — я резко подняла голову. Горячая волна возмущения опалила грудь. — Не суди по себе! Если отец бросил тебя, это не значит, что со мной будет так же!
Мамино лицо побледнело, губы чуть дрогнули. Она сжала ладони, будто удерживая себя от ответа. Тишина в кухне стала вязкой, её нарушал только тикающий звук настенных часов.
Я поняла, что сказала лишнее, но слова уже вышли наружу, а гордость не позволяла извиниться. В груди неприятно саднило, будто я задела что-то острое.
— Диана, — тихо начала она, но я уже отодвинула стул, он со скрипом проехал по линолеуму.
Я сбежала в свою комнату, хлопнув дверью так, что стекло в старом шкафу дрогнуло. Опустилась на кровать и спрятала лицо в ладонях.
Зачем она лезет со своими нравоучениями? Разве можно учить кого-то жить, если твоя собственная жизнь пошла под откос?
Я не хотела быть, как она. Никогда.
Меня угнетали обшарпанные стены нашей двухкомнатной квартиры, шкаф, которому лет двадцать, и диван, издававший жалобный скрип от любого прикосновения. Я всегда избегала приводить сюда друзей. Единственным исключением был Рыжий, но его я почему-то никогда не стеснялась.
А Глеб. Он другой. Что он подумает обо мне, если увидит это? Его отец — влиятельный человек, а моя мама — простая учительница. Папа бросил нас, когда мне было пять лет. Уехал в Москву «на заработки» и не вернулся. Знакомые шептались, что у него появилась новая семья. Но, честно говоря, меня это больше не интересовало.
В груди плескалось возмущение. Неужели мама не понимала, насколько убого выглядит наша квартира. Обычно она не вела себя так, и до сегодняшнего дня относилась с пониманием к моим желаниям. Разрешила устроиться на работу, выбрать институт и профессию. Поэтому мне показалось диким, что она посмела так бестактно нарушить мои границы.
Я злилась, и всё же понимала: она просто боится за меня. Поэтому планировала познакомить их, как только представится удачный момент. Но для начала мне хотелось, чтобы Глеб привязался ко мне и был готов принять меня любой.
Если бы я только знала, что совсем скоро мамино желание сбудется, и они познакомятся раньше, чем я планировала.
Глава 12. Ты выбрала меня
Тёплое субботнее утро было пропитано свежестью и ощущением безмятежности. Ветерок, ласково поглаживающий кожу, приносил запах свежескошенной травы. Этот выходной Глеб решил провести со мной. Мы медленно бродили по аллеям парка, наслаждаясь мороженым и разговаривая о пустяках. Глеб срывал с моих губ поцелуи, и с каждым разом они становились все более долгими и горячими.