— Я не позвала тебя, потому что Вика тебя не пригласила!
Он усмехнулся, без радости:
— Нормальные подруги приглашают пару. Но ты знаешь, я не удивлён. Я с самого начала видел, что она странная.
— Я не виновата в том, что ты не нравишься ей. Она написала мне, что ты смотрел сквозь неё и странно улыбался и что она тебя боится, — я выплюнула эти слова, словно колючего ежа. Они давно не давали мне покоя.
— И теперь ты тоже меня боишься? — на щеках Глеба заиграли желваки.
— Я.... Я не знаю.
— Из машины, — тихо сказал он, но голос звенел сталью.
— Что?
— Вышла.
Руки дрожали так сильно, что ремень безопасности я отстегнула лишь с третьей попытки. Дверца захлопнулась за моей спиной. На меня обрушился холод промозглой улицы. Я до последнего надеясь, что Глеб выйдет из машины следом за мной. Но колёса взвизгнули, и автомобиль растворился в темноте.
Я осталась наедине с завывающим октябрьским ветром. Возле пруда он был сильным и порывистым. По щекам покатились горячие слёзы. Монотонно накрапывал дождь вперемешку со снегом. Меня зазнобило от холода. Ветер трепал мои волосы, кусал щёки и забирался под пальто. Каблуки опасно скользили по тротуарной плитке. Я ползла по пустынной набережной, точно столетняя старуха.
Сердце болезненно сжималось от мысли, что он меня бросил, выкинул, как ненужную вещь, у которой закончился срок годности.
— День рожденья — грустный праздник, — прошептала я.
Что я сделала не так? Чем заслужила такое отношение? Что я такого сказала? Что мне сейчас делать? Идти в таком виде к маме? Приползти домой как побитой собачонке? Или может быть позвонить и извиниться перед ним? Но за что?
Нет. Пусть извиняется первым.
А если он меня бросил? — эта мысль отозвалась неприятной дрожью в теле. Казалось, что я не выживу без него. Глеб был необходим мне как воздух.
Возле меня с визгом затормозила машина. Я так сильно ушла в свои мысли, что не сразу заметила её приближение.
Я окинула её испуганным взглядом. Дверца автомобиля распахнулась.
— Садись. Спокойно поговорим, — голос Глеба был мягким и до боли привычным и родным.
Я промёрзла до костей. Страх и отчаяние смешались в голове, и сопротивляться не было сил. Мышкой проскользнула в тёплый салон автомобиля. Приятный аромат пряного перца и хвои бережно окутал меня.
— Малыш, да ты дрожишь. Иди ко мне, — Он притянул меня к себе.
Глеб снова стал прежним. Во мне словно лопнула напряжённая струна, и я разрыдалась на его плече.
Глеб вернулся за мной. Он меня не бросил, я ему небезразлична. Волна теплоты накрыла меня. Как же приятно было ощущать его объятия.
— Зачем ты так со мной? — всхлипы вырвались сами.
— Прости, — сказал он тихо. — Но ты сама меня довела. Не уходи по вечерам без предупреждения. Я бы отвёз тебя куда угодно. Но не хочу, чтобы твоя подруга вмешивалась в наши отношения. Я капец, как не хочу тебя потерять. Ты мне веришь?
Мне до безумия хотелось верить ему.
— Верю...
— Вот и умничка, — он стал покрывать моё лицо нежными поцелуями, и сердце забилось в счастливом предвкушении. — Никому не позволю встать между нами.
Рядом со мной снова был мой любимый, заботливый Глеб.
Глава 20. Горький кофе
Было раннее холодное утро. На окне проступали крошечные иголочки инея. Кухня пахла терпким, густым кофе. Мы сидели напротив друг друга, как будто ещё не до конца проснувшись после ночи, которая оставила на моей коже следы его пальцев и дрожь под рёбрами.
Я пила горький кофе мелкими глотками, пытаясь взбодриться после бессонной ночи. Глеб доводил меня своими ласками до исступления, погружая в пучину запретного наслаждения, лишая скромности и здравого разума.
— После учёбы приеду к тебе в офис, — сказала я и посмотрела в окно. Там в свете фонарей кружили пушистые снежинки.
— Зачем? — Глеб поднял взгляд от чашки.
— Работать.
Мои сбережения заканчивались. Глеб ещё в августе пообещал устроить меня на работу. Только вот он не спешил выполнять свои обещания, ссылаясь на занятость. Такое отношение меня злило. Глеб словно не понимал, как это важно для меня. Я не хотела полностью зависеть от мужчины. Видела на примере матери, как больно падать, когда слишком сильно надеешься на другого. Я устала ждать и решила взять ситуацию в свои руки. Мне было необходимо найти способ заработать деньги.
Молчание затягивалось.