— А я знал, что ты скучала, — раздалось над ухом, и соседний стул жалобно заскрипел. — Место для меня приготовила? Наверное, по ночам меня вспоминаешь?
— Только если в кошмарах, — я даже не попыталась быть вежливой. — Свали. Я сижу тут одна.
— Уже нет, — ответил он с самодовольной ухмылкой, разваливаясь, как хозяин жизни. — Всё, момент испорчен, я пришёл.
Его голос подействовал на меня, как разлитый кофе на белую рубашку: не обжигает, но бесит до трясучки.
— У тебя с головой всё в порядке? У тебя фетиш — раздражать людей? Или ты просто по жизни липучка?
— Я твоя липучка, — лениво протянул он. — Придётся потерпеть ближайшие четыре года.
— Катись, чудовище, — прошипела я, и по рядам прошёл заинтересованный шорох.
Кажется, мы развлекали аудиторию.
— А ты — моя красавица. Как там было? Противоположности притягиваются?
— Ага. Но потом одна из них вызывает санитаров, а вторая отправляется лечиться, — парировала я, сладко улыбаясь.
Он рассмеялся нагло и громко, как будто только что выиграл спор.
— Ты думаешь, ты такая острая? — протянул он, лениво глядя на меня. — Девочка с шипами снаружи и мягким мармеладом внутри.
Его слова больно ужалили, поднимая во мне волну злости. Меня выводило из себя то, что Рыжий помнил меня слабой, никчёмной и бедной. Но я больше не была той маленькой Дианой и могла за себя постоять.
— А ты думаешь, ты превратишься в принца, если будешь сидеть рядом с красавицей? Нет, Рыжий, ты навсегда останешься чудовищем.
Он насмешливо улыбнулся, словно мои слова его совсем не задели. Меня же трясло от эмоций. Я демонстративно собрала вещи и с шумом отодвинула стул.
— Приятного одиночества, чудовище, — бросила через плечо и направилась к Вике.
— До скорого, красавица, — донеслось мне в спину.
Глава 3. Мальчик на скамейке запасных
В комнате пахло Викиным лаком для волос и дешёвым кокосовым лосьоном. Я лежала звёздочкой на её кровати и медленно скатывалась в раздражение.
— Ви-и-и-к, ты и так красивая, пойдём уже, — простонала я.
Она даже не обернулась. Возилась у зеркала, закручивала локоны и щурилась, оценивая себя. Впервые видела, чтобы подруга так тщательно собиралась. Я же совсем не беспокоилась, надела рваные джинсы, удобные белые кеды и чёрный топик, а волосы оставила распущенными.
За последнее время мы с Викой сильно сблизились, и теперь у меня была лучшая подруга. По крайней мере, она так считала, а я не пыталась её переубедить. Мне нравилось наше общение. Вика была комфортной и интересной.
— Ненавижу вечеринки, — пожаловалась я. — Особенно те, что устраиваются без повода, как будто просто ради того, чтобы забыться.
Вика хихикнула, а я продолжила:
— Отмечать окончание второго курса? Серьёзно? Это же не диплом.
— Некоторые просто чудом сдали хвосты, им определённо стоит отметить, — улыбаясь, ответила Вика. — Даже не верится, что мы уже закончили второй курс!
Из открытого окна в комнату лился пахнущий цветущими липами июнь. Воздух был тёплый, словно пушистый кот, и от него веяло беспечностью.
— Им может быть и нужно отметить, но не мне…
Я уставала на работе официанткой так, что к ночи не чувствовала собственных ног. Падала лицом в подушку и моментально отрубалась. Поэтому идти в клуб не планировала.
Но один случайно подслушанный разговор изменил моё решение.
Наконец-то подруга собралась. Маленькое чёрное платье обтягивало её, как шёлковая перчатка, подчёркивая изгибы талии и плавную линию бёдер. По спине струился водопад блестящих кудрей. Свет лампы касался её кожи, и казалось, что она слегка мерцает.
— Ну как? — Вика бросила быстрый взгляд, словно боялась услышать ответ.
— Огонь. Не понимаю, зачем ты столько времени прятала классную фигуру за балахонами?
Она смутилась и ничего не ответила, только тихонечко рассмеялась.
В такси пахло освежителем с ароматом апельсина и перегретой кожей сидений. Мы неслись по ночному городу. Жёлтые фонари рассыпались бликами на стекле.
— Вик, ты влюбилась? — неожиданно вырвалось у меня.
Она залилась краской, а на её губах расцвела глупая, счастливая улыбка.
— Точно влюбилась! И молчит, зараза! — Я уставилась на неё с притворным укором. — Признавайся. Кто он?
― Максим Егоров, ― смущённо прошептала она.