Он молча шагнул внутрь и нажал на кнопку. Двери закрылись, лифт тронулся с места, а он так и продолжал стоять с каменным лицом, едва взглянув на неё, будто бы провинился в чём-то. Это заставило её напрячься. Она прекратила свой маленький спектакль и теперь смотрела на него с беспокойством, но он заговорил прежде, чем она успела спросить, в чём дело.
— Это был правда важный разговор.
— Да я уж догадалась. — Девушка заметно расслабилась, и на губах её снова заиграла улыбка. Она шутливо толкнула его плечом. — Эй, чего такой серьёзный?
— Я ухожу. Как раз собирался зайти попрощаться.
— Уходишь? Куда? Уже новое задание? Так скоро?
— Нет. Я ухожу из компании. Насовсем.
— Шутишь, что ли? — она усмехнулась и повернулась к нему, но по его лицу быстро поняла, что он был серьёзен. — Нет, не шутишь… Но… почему? Как? А я? Как же я? Ты не можешь меня вот так оставить!
Её дрогнувший голос набирал громкость, она замотала головой, сделала несколько мелких шагов в тесном пространстве кабины, не зная, куда себя деть, и замерла только тогда, когда крепкие руки опустились ей на плечи.
— Прости. Знаю, что виноват перед тобой. Ты можешь ненавидеть меня. Имеешь полное право. Но всё ещё есть вещи, на которые я не могу закрывать глаза. Я не жду, что ты поймёшь, но остаться не могу.
— Я… не хочу терять тебя.
Она совсем поникла. Растерянная, она не находила, что сказать ему. Лифт остановился, и в этот момент он обнял её, мягко поцеловал в макушку и тихо произнёс на прощание:
— Может, мы встретимся вновь.
***
Небольшая комната на втором этаже была вся увешана постерами видеоигр. В основном — с изображениями прекрасных эльфиек с нереалистичными пропорциями, чьи внушительные формы едва скрывала так называемая «броня». Ника лежала на кровати, уперев ноги в стену и свесив голову вниз так, что ярко-красные волосы подметали пол. Смотреть на эти чудеса геймдизайна вверх тормашками было ещё любопытнее — с этого ракурса казалось, что надутые груди героинь вот-вот упадут и раздавят им головы.
— Ну так что, ты придумала следующую задачу или нет? — раздался рядом низкий мужской голос.
Юный Кайл Джефферсон был сыном дружелюбной соседской пары и являлся наглядным примером того, почему современные подростки пугали Нику. В свои шестнадцать парень выглядел совсем не как школьник и имел голос взрослого мужика. Рядом с ним она сама чувствовала себя маленьким ребёнком и готова была поклясться, что с каждым годом дети растут всё быстрее. Однако общий язык с ним она нашла на удивление быстро, а когда Кайл узнал о её работе, то незамедлительно начал упрашивать Нику научить его программированию. Она согласилась. Количеством друзей она похвастаться не могла, свободного времени было навалом, а отказаться от знаменитой лазаньи Мэри Джефферсон вообще не представлялось возможным.
Вытащив изо рта леденец, Ника махнула им в воздухе и задумчиво прищурилась.
— Ладно, слушай. Допустим, есть две конфеты. Клубничная стоит X долларов Y центов, а яблочная — N долларов D центов. Тебе нужно рассчитать, сколько стоят эти конфеты вместе. Как будешь решать?
— Та-ак… Сначала нужно будет перевести всё в наименьшую единицу измерения. Значит, доллары умножить на сто и прибавить количество центов для каждой конфеты, после чего сложить всё вместе.
— Правильно. Теперь напиши, как будет выглядеть код.
— Это больше похоже на школьные задачи по математике, — не скрывая разочарования, буркнул Кайл, но послушно склонился над тетрадью и принялся записывать.
— Так и есть. Но мы с тобой учим основы. Тебе нужно запомнить все базовые функции. К тому же, на самом деле это больше про логику, чем математику. Чтобы ты всегда думал наперёд и понимал, в каком порядке выполнять действия. Но даже это ещё ничего тебе не гарантирует. Если дойдём до многопоточности, ты будешь умолять меня о пощаде.
— Да понял я, понял. Вот, готово.
Ника сползла с кровати, подошла к столу и пробежалась глазами по листу бумаги.
— Отлично. Только так программа будет выдавать результат в долларах. А куда же денутся центы?