Я замотала головой, стараясь придти в себя. Ноль пять сорок три – с каждым днём я просыпалась всё раньше, а круги под глазами становились всё больше.
Богдана ещё спала. Схватив своё шматьё, я забежала в ванную и начала по-тихому собираться.
Сегодня по супермаркетам пошла я. У нас вошло в привычку никогда не покупать себе что-то из еды. Поскольку у наших хозяев еда всегда оставалась, мы ни в чём не нуждались.
Когда я покинула дорогой район, в ход сразу пустились троллейбусы. Они, кстати, довольно милые, обожаю траллейбусы. Помню раньше, когда мы выезжали в Киев по маминым делам, тут ещё остановку озвучивал прикольный голос дяденьки, с тех пор ничего не изменилось.
И всё же, учитывая всю милота этого веселого транспорта, в этом траллейбусе воняло как на вокзале, если не хуже. Прям рядом со мной стоял какой-то бомж, внешне на бомжа он не был похож, но запах был отвратителеным. О том, что людям свойственно мыться он, наверное, не знал, а может зная, игнорировал всем известный факт.
В общем сделав ноги из траллейбуса, я направилась к продуктовому. Накупив всякой всячины я планировала направляться домой.
По лестнице спускалась пожилая женщина лет семидесяти трёх с пятью месяцами, она еле шла, набитая сумками. Взглянув на часики, я прикинула, что домой ещё успею.
– вам далеко идти? – спросила я с улыбкой, когда подошла к ней. Женщина ответила ещё более приветливой у улыбкой.
– за мостом меня ждёт машина внука, тут недалеко. – почему внук её не встретил я не знала, но не могла не потянуться за сумками, чтобы забрать их у неё.– давайте помогу донести.
Женщина осмотрела меня всю. Что ж они все так пялятся на меня – размышлял об этом вопросе какой-то отдел моего мозга, но тут же был прерван бабушкой.
– ты сама загружена, не стоит. Но я не сдавалась.– мне не тяжело. Давайте. – все так же протягивая руку, я пыталась отнять у неё сумки. Местный рэкет!
Наконец она сдалась. К машине и правда идти было не так уж и далеко, когда мы пришли её внук только подошёл, чтобы разблокировать машину. Многозначительно он взглянул на меня. Я поздоровалась и сказала бабушке, что мне пора. Мужчина остановил меня и предложил денег. Он тоже смотрел на меня подозрительно. Что ж с ними всеми такое?
От денег я отказалась, женщина меня просто поблагодарила. Когда я уходила, чувствовала на себе тяжёлый взгляд того парня. Тело дрожало от волнения.
Пришла домой, раскинула пакеты по всей кухне, получила недовольный взгляд сестры. Сегодня все какие-то ненормальные. Закатила глаза. Убрала мусор. На кухню вошёл Захар. Опять закатила глаза, повернулась к нему и улыбнулась.
– доброе утро.
Парень скептически вупистил в меня несколько стрел. Ещё один.– налей мне чего-нибудь выпить.Я заклипала глазами улыбаясь как клоун.– чего именно? – добродушно спросила я. Сестра толкнула меня в бок, а я её. Парень заметил.– сказал же, чего-нибудь. Это так сложно? Курица!
Я осмотрела кухню.– нет, не сложно.
Схватив миску с крязной водой, где Богдана мыла фрукты, я налила воду в стакан. Получилось довольно эстетично. Улыбаясь подала воду парню, тот удивленно взглянул на меня.
– пожалуйста. – протянула я ему стакан. Посудина тут же полетела обратно в меня, разбившись об столешницу и рассыпавшись на пол. Чего и следовало ожидать.
– что ты делаешь?! – закричала на меня сестра. Я спокойно повернулась сначала к ней, потом к Захару.
– знай своё место, курва! – нагло отозвался он. Я немного взбесилась, по шлаке от одного до десяти на четыре бала.
– убери всё это сейчас же, Мира! – крикнула старшая сестра и я села приберать осколки.
На кухню вошла София Леонидовна.– что здесь происходит? – спокойно поинтересовалась она.– просим прощения. Это мы виноваты. – заявила Богдана.
Женщина перевела взгляд с сестры на меня.– встань. – приказала она и я встала. – что здесь произошло, Мира?
Я колебалась, не зная, что ответить, чтобы не нахамить.
– ну? – зациклилась она.– ваш сын нахамил мне, а я ему в ответ.– что ты сделала? – уточнила она.
Я повернулась на парня, он нагло поднял голову.– он попросил что-то выпить, когда я спросила что именно он хочет, он с нервами сказал, что попросил чего-нибудь, разве это сложно и... и назвал меня курецей. Я налила ему воду, в которой мылись фрукты. – взгляд матери начинал пугать. – он бросил этот стакан на меня и он разбился.
Когда я выпалила всё, я уже примерно понимала, что меня ждёт. Резко оказавшись возле меня, она влепила мне пощечину. К этому времени весь дом был уже в сборе. Пара наглых глаз сверила меня где-то на ступенях ведущих на второй этаж, кто-кто, а он точно останется довольным.