Через время Богдана успокоилась и уснула. Я понимала, что на вечер нужно что-то готовить и поскольку Богдана не сможет, мне придется её отмазать и сделать всё самой.
Я явилась на кухню и передала Дарье пирог. Та добродушно поблагодарила меня. Из всех здешних постояльцев, она была самой доброй и, пожалуй, самой адекватной. Мне стало грустно, ведь я знала, для кого она просила этот пирог, это очень больно, наблюдать за изменой, даже если изменяет не твой мужчина.
Когда ужин был готов, сестра всё ещё спала, я не стала её будить. Время было позднее и я вышла в сад подышать свежим воздухом. Села на скамью и запрокинула голову на сумеречное небо.
Мог ли он и правда убить человека? Способен ли на такую жестокость помимо насилия? Кто бы это мог быть, его жертва? Ветерок легко обдувал мои волосы и мне надоело их поправлять, поэтому я наклонив голову вниз, собрала всё в небрежный пучок.
Шуршание травы насторожило. Не поворачиваясь, я делала вид, что ничего не замечаю. Несложно было догадаться кто был рядом со мной, а вскоре и вовсе сел на мою скамью. Парфюм прорезал нюх.
– нравится? – мужской голос снова начал разговор первый. Я брала себя в руки.– что нравится? – мужчина повернулся на меня, но я по-прежнему смотрела прямо.– город. Эти светящиеся дома напротив, эти небоскрёбы с вечно светящимися окнами. В селе такого ведь не увидишь.
Я наконец повернулась в ответ. Тело по-прежнему было напряжено.– я не смотрела на них. – грустно ответила я.– а на что тогда? На что ещё можно смотреть с этого ракурса? – удивился он.Я указала на клумбу.– у вас красивые цветы, тот кто оформлял клумбу – обладатель хорошего вкуса.Мне плохо было видно боковым зрением, но, кажется, он нахмурился.– ты действительно не видишь ничего дальше своего носа. – ухмыльнулся мужчина. Я молча вздохнула и встала. Развернутся не удалось, чья-то рука с силой сжала запястье и одним резким движением усадила обратно на семью. – куда убегаешь? – он пытался заглянуть в моё лицо, которое я стремительно отворачивала.– Успокойся, я пошутил. – ничего себе шуточки! – подумала я
Я отпрянула руку и какое-то время мы сидели молча. Я смотрела на город, а он на цветы. Вдруг мужчина резко подорвался и приблизился к клумбе. Сорвав одну красную розу, он плюхнулся опять на скамью.– держи. – он протянул мне красивый батон. Я смотрела с изумлением. Что ты задумал? – если нравятся можешь взять. – я оглядела красивый цветок и боролась с желанием выхватить его из рук нахального маньяка.– мне не нужны твои цветы, не стоило рвать. – в чём дело? – выгнутая бровь не давала покоя. Как же тяжело находится рядом с ним. – тебе нравились эти цвета, почему отказываешься?– нравились, и до сих пор нравятся. Но не когда их мне даришь ты́. – грубо съязвила я и он тут же заметно похолодел. Мужчина вскинул бровь и задрал голову. – о'кей, не нужен так не нужен. – пальцы сжали бутон, вырывая лепестки. Осколки с лёгкостью падали на землю, а потом, демонстративным движением он кинул туда и ствол.– что ты натворил? Что ты сделал, бесчувственный?! – на своё удивление я тут же закричала и потянулась, чтобы остановить его, но было уже поздно – роза была мертва. Мужчина засмеялся, не нахожу здесь ничего смешного. Грубиян.– взяла и я не растоптал бы его. – мужская улыбка порождала во мне ненависть, меня тошнило от него. – смотри, тебе же хуже, когда противиться мне.
Казалось бы, он говорил о сегодняшней ситуации с розой, но что-то невидимое, словно оттащило меня в прошлое, где я сопротивляясь всё же была побеждена.
Я нетерпеливо изучала лицо нахала. Как он смеет?! – ты мне противен, убийца! – процедила я без особого намёка на какое-либо преступление и тут же почувствовала хватку на своей руке.
– значит она что-то рассказала тебе? Твоя безмозглая сестра проболталась? – с гневом выпалил он, выдавая себя. Я насторожились и сделала вид, что не знаю.
– рассказала что? – мужчина поспешно переводил взгляд с одного моего глаза на другой.– ничего. – процедил он и сразу отвернулся, медленно отпуская руку.
Я всё поняла, Богдана не врала, он действительно что-то кому-то сделал. Роза лежала на земле и я понимала, что где-то холодеет тело человека. Оставаться рядом с ним было не просто опасно, это было смело. Тем не менее сейчас я засунула эту смелость куда подальше.
– мне нужно подать ужин. – коротко сказала я и встала. Он ничего не ответил и не стал удерживать. Я лишь чувствовала как сверлит мою спину и как заподозрил неладное. Богдана в опасности.