Он сделал один шаг вперёд. Я машинально ухватилась за перила и потянула платье вниз. До чего же короткое платье! Теперь я почувствовала, что моя грудь открыта и я поправила верх, снова оголяя колени. Будь всё проклято! Мужчина улыбнулся и наконец уверено двинулся на меня. Я затаила дыхание.
Стоя на той же степени, что и я, он пытался разглядеть моё лицо, опущенное вниз. А когда не вышло, коснулся своими грязными руками подбородка, приподнимая его. Эта ухмылка сводила меня с ума.
— Ты ли та девчонка, что осмелилась ударить меня прошлой ночью?
Я молчала, стараясь отвести взгляд. Пальцы сами по себе переплелись между собой.— В чём дело? Твоя смелость модифицировавалась в...красоту?— Убери руки! — Резко ответила я. Он сильнее сжал подбородок, поворачивая к себе.— Ты ударила меня, помнишь? А ещё... учила как правильно жить. У тебя же нет проблем с памятью? — Отстать, придурок!— Как ты меня назвала?— Придурок.— Повтори.— Отстань.— Повтори!— Придурок! Наглый придурок!
Я почувствовала как его глаза забегали по мне, в поисках больного места. Я ещё сильнее заправила платье на груди и теперь он смотрел на мою грудь.
— На что надеялась наряжаясь так? Постой, или ты тоже хочешь прыгнуть ко мне в постель, но скрываешь, играешь со мной, прикрываясь недотрогой? А?!
Мужские руки резко рванули на мне заправленный воротник, оголяя плечи. Хруст нового платья! Я старалась прикрыться, на что он ещё сильнее рванул ткань. Прямо на лестнице! Нас могут увидеть!
Его зубы плотно сжались, как и руки, на которых проступили вены. Я взяла глубокий прерывистый вдох.
— Отчего дрожишь? Тебе стыдно? А о чём ты думала раньше?
Я молча трепетала под его руками, схватившими меня за плечи.— Отвечай!— Даниил! — Услышала я вдруг голос Руфины, но он по прежнему не отпускал меня. — В чём дело?
Мужчина наконец отстал, снова заправив руки в карманы. Он вздохнул.— Идём со мной, — строго приказала женщина.
Не успел он и шаг ступить, как обогнав его, я пробежала через женщину, прикрывая плечи и опуская лицо в пол.
Тяжело не сдержать слёзы, когда он рядом. Но гораздо тяжелее опровдать их, когда он обрадуется моей слабости.
Как только я скрылась из виду, оказавшись на улице, я просто рухнула на пол, всё ещё придерживая порванное тряпьё. Что он имел ввиду, когда сказал "тоже"? Я никогда не провоцировала его, никогда не соблазняла. И ни разу не видела, чтобы кто-то этого делал. Что значит "тоже"?
За этими кустами и темной стеной меня не было видно и я заплакала. Сколько раз этот мужчина доводил меня до слёз. Как он смеет позволять себе подобное? Почему ощущая силу он уничтожает слабого, того, кто боится даже дышать рядом с ним, опасаясь клейма "воровка чужого воздуха"? Когда же это закончится!
Я хотела помочь сестре, поддержать её. Но как? Я себе помочь не могу, я реву по каждому притеснению, по каждому обидному слову и действию в мой адрес. Я не могу постоять за себя! Я ничего не могу...
Я подтянула к себе колени и обхватив их, опустила голову. Это никогда не закончится.
На утро, с кислой мордой я разливала сок. Сестра тоже была здесь, но казалась более сдержанной. Наверное, Руфина следила за мной, что не давало мне покоя, и когда я дошла до него, сок пролился мимо. Он ничего не сказал, лишь оглядывался в поисках салфетки. Я тут же начала вытерать его штаны фартуком. Все были в ступоре.
— Извините...я случайно.— Убери, — грубо начал он, но я продолжала наивно вытирать напиток.— Отойди, говорю!
Я наконец отпрянула и он, встав куда-то ушёл.Спустя восемь минут и двенадцать секунд вернулся, уже переодетый, и сел за стол вновь.
— Я хочу кофе. Просто принеси мне кофе, — обратился ко мне мужчина и я тут же послушалась.
Принеся кофе, я трясущимися руками выставила его перед ним. Отпив один глоток, он его отставил.— Я не пью кофе с сахаром.
Это же невкусную — подумала я, но тем не менее принесла другой. Отпив глоток, он снова его оставил.— Слишком горький.— Долей водички, — предложил смеясь Захар, но я молча унесла этот и принесла другой.
Отпив ещё раз, он отставил его и повернулся ко мне. Я нервно сжимала край фартука.
— Иди сюда, — я медленно подошла. — Ты его пробовала? — Я замотала головой. — Ну так попробуй.
Я неподвижно стояла, смотря на кофе.— Попробуй, давай.— Я не...— Мне всё равно. Давай пей. — Но...— "но ты же пил оттуда, как я могу пить после кого-то?" — хотела возразить я, но не осмелилась. Я медленно потянулась к чашке.
— Как же медленно...— заныл он от скуки. Я отпила глоток. — Ну и?— Что "ну и"?— Ты не чувствуешь?Я отрицательно замотала головой.— Да он же просто отвратителен.
Кажется, Захар снова улыбнулся, с интересом наблюдая за нами. Все были, мягко сказано, удивлены.