Перед глазами начинает мелькать непонятный свет, которой я принимаю за галлюцинацию от удара головой. С минуту я пытаюсь сфокусировать взгляд хоть на чем-то, как мои уши будто откладывает и я начинаю слышать чей-то голос вперемешку с быстрыми ударами собственного сердца.
- Ей, ты в порядке? Что произошло? – лепечет мужской голос откуда-то сверху. Его фонарик светит мне прямо в глаза, так что рассмотреть лицо незнакомца не выходит. Движение возле меня отвлекает его, и он переносит свой свет на второе лежащее на земле тело.
«Полицейский! – восторженно думаю я, но приглядевшись вижу, что форма отличается, - Охранник парка – тоже не плохо».
- Он грабитель…, - тяжело дыша объясняю я, - он украл у меня сумку, и я… погналась за ним… задержите, пожалуйста, - ели как договорив, я со второй попытки поднимаюсь и гляжу на картину целиком.
Мужчина, лет двадцати пяти, в черном спортивном костюме стоит, опустив голову, а руки его сцеплены наручниками. Под локоть его поддерживает охранник, одновременно прижимая электрошокер к спине преступника.
- Знаю, милочка. Не впервой уже он этим маршрутом бегает, вот только догнать ни разу не выходило, - с кривой усмешкой проговаривает мужчина в форме. – Вынужден похвалить тебя, не каждый бы аж с вокзала гнался бы за своей сумкой. Кстати вот, забери, - на протянутой руке висела сумка, сбоку счёсанная об асфальт.
- Спасибо, - устало мямлю я.
- Чего ж только ты сама ринулась за ним, а не на помощь позвала?
Я удивилась такому вопросу. Как будто бы он не понимал, что бы было если б я не поступила так как поступила. Мой крик о помощи утонул бы в вокзальном шуме, а охранники в жизни не погнались бы за очередным воришкой, что подтверждали слова о рабочем маршруте грабителя. Да всем плевать, что важность моей сумки заключалась вовсе не в цене, телефоне и деньгах внутри. Что в ней находилась единственная ниточка, связывающая меня с родителями.
- Как-то не подумала, - вяло отмахнулась я. Объяснять что-либо человеку, который уже думал о предстоящей премии, смысла не было.
- Ха-ха, подумай в следующий раз и вот возьми, ты вся вымазалась, - он протянул мне носовой платочек и мило улыбнулся. Всё-таки охранник был добрым человеком, что никоим образом не делало из него хорошего работника.
Вытереть грязь с подбородка и рук, единственное, что я могла сделать в данный момент. Мой любимый зеленый свитер, уже не так хорошо подходил под цвет моих глаз, но зато соответствовал цвету моих волос, в целом, как и джинсы. А кеды, видимо вобрав в себя все городские лужи, хлюпали при каждом моем шаге. Сошедший адреналин сразу же дал понять, насколько я замерзла.
Не гнущимися пальцами я полезла за телефоном, чтобы предупредить брата, что иду домой. По экрану прошлась огромная, как ветвь дерева, трещина, чему я мало удивилась, учитывая силу падения сумки. Оставалась надеяться, что мама не оставила нам чего-то хрупкого в своей таинственной коробке.
Упрямо тыкая на кнопку включения телефона, я надеялась запустить своего старичка хотя бы последний раз. Но тщетно – очевидно он уже испустил свой дух.
Видимо падение выбило и из меня весь здравый смысл, и я, повернув на 180 градусов от направления своего дома, зашагала прямо в царство разврата, алкоголизма и безудержного веселья – на школьную вечеринку!
Глава 9
Я стою перед закрытой дверью уже минут пять. Возможно, кто-то, увидев меня в окне подумает, что я бездомная и выйдет, чтобы прогнать. Или же я замерзну здесь насмерть, что будет в разы лучше, чем сгореть от стыда внутри.
«А чего мне стыдится? – начался мной внутренний диалог, - В наше время отличить обычную грязь на одежде от глубокой задумки дизайнера просто невозможно. Потёртость на вещах вообще считается последним писком моды».
Только вот проблема была совершенно не в моем внешнем виде. Нахождение в людных местах было для меня сродни охоте. Только в таких ситуациях я ощущала себя не охотником, а его целью. Оленем, задачей которого было не привлекать внимания, а с треском наступив на палку, бежать и уклоняться от пуль. От неудобных колких вопросов, от подлых и пакостных комментариев, от задевающих сильнее всего смешков за спиной. Иначе твоя гордость, рога, что ты растил всю жизнь, будут висеть трофеем на стене обидчика.