…у них есть документы… это невозможно… у нас есть описание… мы не могли ошибиться… это он…
Голоса стихли, и нас пригласили внутрь. Меня представили прокурору Роджеру Ганну, керчийцу и законнику в третьем поколении. Когда формальности были соблюдены, прокурор перешел прямо к делу.
— Хорошо. Допустим, что вы правы, — Ганн проигнорировал мой грозный взгляд. — Допустим, стража обозналась и арестовала не того. Но нельзя отрицать тот факт, что он напал на стражников и серьезно избил четверых офицеров!
— А что бы вы сделали на его месте? — я скрестила руки на груди. Порезы от стекла дико чесались, и если бы не перчатки, я бы уже расковыряла ранки в кровь. — Никто не объяснил, что происходит. Нас окружили. Кеттердам и в лучшие времена было трудно назвать безопасной столицей, а что здесь теперь? Банды из Бочек имеют те же права, что и городская стража. Когда мне стала угрожать опасность, Каз встал на мою защиту. Чтобы сделали вы, если вокруг вас без причины началась мясорубка, а вы даже не знали, к кому обратиться?
Ганн сжал губы, обдумывая мои слова. Мы предоставили все документы. Мои слова походили на правду. Что приведет к большим проблемам — если он откажет в нашей просьбе, апотом присяжные признают нашу правоту, или если он отпустит обвиняемого, а тот окажется особо опасным преступником?
Когда я уже была готова кричать от нетерпения, он кивнул.
— Хорошо, — скоро у меня начнется аллергия на это слово. Вот скажите мне, что может быть хорошего в городе вроде Кеттердама? — Я признаю, что человек, которого арестовала городская стража, не является Казом Бреккером. Однако он все еще обвиняется в нападении на официальных лиц.
— Освобождение под залог до судебного разбирательства, — предложил Андерсон.
Прокурор обдумывал его слова несколько секунд.
— Согласен, — он обернулся ко мне. — Я должен обсудить с судьей размер залога.
Еще через полчаса все действия были согласованы с судьей, а залог в размере ста тысяч крюге (по мне так, это слишком большие деньги за такого подонка, как Каз) выплачен наличными. Кивком головы прокурор пригласил следовать за собой и повел нас на подземные этажи, где располагались камеры с заключенными, ожидающими процесса. Казу отвели отдельную камеру в самом дальнем отсеке.
Пройдя коридор, прокурор свернул за поворот.
— Кто вы такой?
Я осталась за поворотом. Выглянув из-за плеча Андерсона, я оглядела обстановку. Коридор заканчивался маленькой камерой, за решеткой которой сидел Каз. После драки ему не дали привести себя в порядок, поэтому он до сих пор был в заляпанной кровью одежде и с фиолетовым синяком на скуле. Он сидел на низенькой лавке, утвердив на коленях и локти и опустив голову. Происходящее вокруг его мало волновало. Перед ним, но вне камеры, стоял Эрик в в сопровождении двух Грошовых Львов. Заметили ли они исчезновение двух своих людей? Вряд ли.
Прокурор Ганн уверенным шагом пересек расстояние и встал рядом с Эриком.
— Кто вы такой и как сюда попали?
— Меня зовут Эрик Майер, — Эрик поправил галстук. У меня зачесались руки врезать ему и стереть с его лица довольную ухмылку, но меня сдерживало желание увидеть его морду, когда начнется следующий акт. — У меня есть разрешение от Торгового Совета на допрос Каза Бреккера.
Прокурор расправил плечи. Эрик пошел против не того человека. Это была территория Роджера Ганна.
— Во-первых, вы находитесь в Верховном суде, и здесь Торговый Совет не имеет никакой власти.
— Но Бреккер похитил…
— Во-вторых, — продолжил Ганн, игнорируя протест Эрика. — этот человек не является Казом Бреккером. По имеющимся у меня документом, это Каз Ритвельд.
Голова Каза дернулась. Сквозь глаза-щелочки он рассматривал прокурора, собирая информацию и отыскивая ответы на свои вопросы. Я буквально видела, как в его мозгу крутится вопрос: «Откуда этот человек знает его имя?».
— И в-третьих, этот господин освобожден под залог.
— Залог? — Эрик вытаращил глаза и взглянул на Каза. Наткнувшись на его черные глаза, испуганно перевел взгляд обратно на прокурора. — Но кто мог заплатить залог? Родственник?
— Жена.
Расценив это как приглашение, я вышла из-за угла, стараясь всем своим видом демонстрировать уверенность и элегантность. По крайней мере, я добилась одного — все взоры были направлены на меня. Эрик побледнел, а когда открыл рот, что-то что-то сказать, то не смог изречь ничего, кроме булькания.
— Дж… Джо… Джордан…
Мой взгляд метнулся к Казу. На его губах играла легкая ухмылочка, а в глазах застыло любопытство. Он был в курсе, что я не Джулия, но вряд ли он предполагал, что меня зовут также, как и его погибшего брата.
Тем временем до Эрика дошел смысл и других сказанных прокурором слов.
— Залог внесла ЖЕНА? — он уставился на меня. Мне стало страшно — а вдруг за последние несколько часов на него навалилось столько потрясений, что его хватит удар? И это ведь только начало. Я вытянула из кармана документ и, развернув его, продемонстрировала его Эрику. Он потянулся, намереваясь отобрать его, но я отдернула руку. Эрик побагровел. — Как ты это сделала?!
Я улыбнулась ему, а затем повернулась к прокурору.
— Как я понимаю, мы уже решили все вопросы. Почему же мой муж все еще за решеткой?
— Потому что там ему и место, — ответил голос, определенно не принадлежащий Эрику.
Я обернулась. Неспешно шагая, из-за угла появился высокий рыжеволосый мужчина. При это появлении, Грошовые Львы вытянулись по струнке.
— Меня зовут Пекка Роллинс, — не сводя с меня глаз, представился он. — А вы, должно быть, Джордан Харт.
— Ритвельд, — автоматически поправила я. Может, я и была шокирована появлением заклятого врага Каза, но это не значит, что я выйду из своей роли. Я год изображала из себя Джулию: думаете, не справлюсь с образом жены Каза?
— Конечно. Прошу меня простить. Тем не менее, я настаиваю, что этот человек не может быть освобожден.
— За него внесен залог, — ответил прокурор Ганн.
— И давно у нас освобождают под залог мошенников и похитителей?
Ганн раздраженно вздохнул.
— Этот человек не является Казом Бреккером.
— Да. Я это слышал. Но вы уверены, что эта девушка не в сговоре с ним? — Пекка замолчал, позволив словам повиснуть в воздухе. — Вы не знаете Бреккера, господин Ганн. Мне же прекрасно известно, на что может пойти этот человек. Угрозы. Шантаж. Кто знает, какие могут быть мотивы у этой девушки?
— И все же, где доказательства? Миссис Ритвельд и господин Андерсон предъявили удостоверения личности, свидетельство о браке и документы на недвижимость.
— Несколько людей могут засвидетельствовать, что этот молодой человек привел Элис Ван Эк на Гудмедбридж, а члены Торгового Совета видели Бреккера в доме Яна Ван Эка, когда он проник в кабинет, чтобы украсть перстень и деньги.
«Вы тоже были там,» — хотела сказать я, вспоминая темную фигуру в дыре в потолке, однако вовремя вспомнила, что в том доме была не я, а Джулия.
Ладно, переходим к плану Б.
Нападение.
— Мистер Роллинс, давайте не будем создавать конфликтную ситуацию, — произнесла я, теряя терпение. Если Пекке удасться зародить в прокуроре зерна сомнений, то Каз останется в тюрьме — и наш план рухнет. — Мне совершенно не хочется выдвигать встречные обвинения.
— Обвинения?
— Я правильно понимаю, что это вы являетесь боссом Грошовых Львов?
— Именно так.
— В таком случае, вы отвечаете за действия Кевина Райана и Бобби О’Нила.
— Куда вы клоните? — Пекка сощурил глаза. За его плечом, Эрик резко побледнел. Еще немного, и он потеряет сознание.
Я повернулась к Роджеру Ганну, призвав все свое актерское мастерство.