—Упомяни Черта, он и появиться— проворчал себе под нос смотря на то как упорно звонит мой телефон.На неприметном фоне высветилось имя отца и я уже знал что звонок этот не спросила:
—Да?!— гаркнул я, когда телефон начал вибрировать по второму кругу. Решил что сегодня предстоит в живую навестить свою пленницу, коротая накормит, напоит, помоем и спать уложит, а деваться ей будет некуда . Она стала моей, и была моей с нашей самой первой ночи.
—Это я должен возмущаться, сын. Что в твоей квартире делает твоя секретарша?!...
На заднем фоне слышался лепет Анжелики и удаляющиеся от этого голоса шаги отца.
—Не трогай Анжелику, она там живет— прорычал, выворачивая на светофоре.
—Это прекрасно, но она должна уйти из квартиры, ей здесь не место. Хочешь трахать кого то, так делай это незаметно! А если б на моем месте был не я, а Мирослава?! Ты хоть представляешь какой шум поднялся бы?— развизжался он.
— Черт, мне насрать на шумы и сплетни. Анжелика беременна твоим внуком между прочим, поэтому не смей ее трогать. Я уже подъехал, скоро буду и тогда поговорим…
***
Практически неделю я сижу в этой полностью комфортабельной квартире как пленница, и мне так и не вернули мой телефон. Дмитрий с того момента как расставил все точки на «И» и поставил свои правила не появлялся, изредка приходил здоровяк, охранник и приносил пару пакетов с одеждой или едой. Один раз появлялась не менее молчаливая домработница. Незаметно появилась и незаметно испарилась, оставив на плите приготовленную еду…
Кроме телевизора и пары книг найденных в кабинете делать было нечего, телефон только у охранника, и то дал бы его он мне лишь по необходимости, которой то и не было.
В общем умирала я от скуки и когда не знала куда себя деть меня решили посетить.
То как открылись двери я не слышала, и тяжёлые шаги доносящиеся за дверьми тоже. Стоя перед зеркалом ванной, и суша феном влажные после душа волосы я заметила лишь то как приоткрылась за моей спиной дверь и на меня уставился взгляд темных, карих глаз.
Фен выключила, не отводя взгляда от незнакомого мужчины, который был явно в возрасте. Руки спрятаны в карманы серых брюк, рубашка выглажена и запрятана за пояс, волосы поддетые сединой зачесаны назад… Я бы могла предположить мысль что это вор, но он навриадли смог бы пробраться в квартиру просто так. А значит…
—Вы кто?— вопрос сорвался всё-таки с языка , руки продолжают сжимать ручку фена, сердце колотиться в груди и отчего то страшно.
— Это мне пожалуй стоит спросить у тебя. Ты кто такая, и что делаешь в квартире моего сына ?!— прорычал он и двинулся на меня
Глава-20:
Стоило только мне пересечь порог квартиры, как на меня обрушилась довяшая тишина . На пороге стояли лишь легкие ботинки Анжелики, которые были на ней в больнице, и если бы я не знал от отца и, от своих парней что в квартире помимо девушки есть ещё кто то помимо нее, я бы и предположить бы не смог.
Пройдя в глубь затемнённого коридора я остановился на входе в единственную и главную комнату, гостиная. Только толкнув двери в сторону я тут же встретился глазами с заплаканными глазами Лики, разбитая и растерянная девушка сидела с поджатыми ногами на кресле и затравленным волчонком смотрела на сурово глядящего на вошедшего меня отца.
—Какого черта здесь происходит. Ты приобрел склероз и специально довел ее до истерики?! Я же тебя просил…
Быстрым шагом пересёк оставшееся между мной и креслом пространство и загородил собой девчонку. Стоит с ней съездит, провериться, а то накрутит себя и нет проблемы… Хотя как не странно, это моя проблема и отпускать ее я не намерен. Да и ребенок.
Дёрнув головой понял что именно к ребенку я морально не готов. Это кажется чем то нереальным, фантастически жутким.
—Я тебя тоже. У нас с тобой договоренность если ты помнишь, и там указано что залететь должна была не эта сумасбродка, а дочка Никольского!
Отец подорвался с места, а я и не стал ждать. Двинувшись прямиком к явно давно охреневшему родственничку сжал его за грудки до хрусти в пальцах.
—Даже не смей …— предупреждающе прорычал в наглое, морщинистое лицо. Тот лишь зло усмехнулся и вытащил руки из карман пиджака.
—А то что, Дмитрий. Ударишь собственного отца из-за какой то шавки?