Приходила в себя уже лучше, чем в прошлый раз. Медленно фокусируя взгляд, первым что заметила это напряжённое лицо Ступакова. Этот гад нависал сверху, сидя со мной на кровати, а если уж быть точнее, я лежала, а он сидел рядом, похлопывая меня по бледным щекам. —Мда, много эти долбое*бы всандалили снотворного…Давай, принцесса открывай глаза, если не хочешь поцелуй. Я далеко не распрекрасный принц… —Я знаю…Не надо…, я уже в порядке.— полноценно осмысленным взглядом я застыла, ощущая как большая и теплая ладонь соприкасаясь с кожей щеки невесомо ее гладит, обводя бледные веснушки. Макс тоже не двигался, ожидая… протеста? Но тут меня окотило льдом, стоило осознать что наглец сверлит не только мое лицо, но и то что ниже. Отбросив его руку своей, накрылась с головой лежащим поблизости одеялом, прикрывая почти что обнаженное тело с торчащей грудью от посторонних глаз. Макс фыркнул и закатив глаза, все же убрал руки. —Если я захочу тебя трахнуть, то не какое одеяло тебе не поможет… —Что с моим отцом, он жив. Ты его удерживает силой, мне необходимо с ним поговорить..!— перебила самоуверенную речь своим тихим голосом и была награждена усмехающимся взглядом. —Лишь после того как ты меня удовлетворишь. Дай мне трахнуть тебя, и я дам тебе встретиться с отцом, его здоровьем займутся лучшие из лучших. Жизнь отца в замен на тело. Как думаешь, справедливая цена?— предъявил он свои правила, вводя меня в смятение. Что за мания получить то, что я дать не в способности… Хотя…одна ночь, погребения моего самолюбия, за встречу с отцом? —Хорошо… Я согласна— стараясь на него не смотреть я сбросила одеяло, внутренне сжавшись готовилась к худшему. Одна ночь, в обмен на жизнь отца…
Глава-40:
—Ну наконец-то — прошептал мне в лицо и впился болезненным поцелуем в губы. И нет, больше я не сопротивлялась. Но каких же неимоверных трудов мне стоило не ударить наглеца, не вцепиться острыми ноготками ему в шею, разрывая ту на куски… Позволила ему опрокинуть меня на кровать, перевернуть на живот и даже шлепнуть по нагло оголенным ягодицам. Закрыла глаза и замерла, яснее представляя то как я встречусь с отцом, стоит только переждать. Бесполезно сражаться с таким упёртым бараном… Я сама согласилась на его условия, запрыгнула в яму со зверем. Сама залезла в давно подготовленную ловушку. Руки сами собой проникли под сорочку и теперь ласкали кожу внутри бедра, протягивая собственное удовольствие. Его пальцы чересчур близки к напряжённой плоти, а дыхание касается виска. Рывок и сразу два пальца оказываются наполовину загнанными в узкую щелку, а тело выгибается, упираясь ему в грудь. Зажав между зубов ребро ладони, тем самым сдерживая рвущийся из горла вскрик. Я не должна плакать. Не сейчас, когда лежу под этим извергом, распластанная и беспомощная. Ни за что не заплачу. Ради своей семьи выдержу всё, что он сделает со мной. Выдержу и вернусь к отцу. И снова буду делать вид, что всё хорошо. Что мне не больно. Что я забыла. Нельзя врагу показывать свою боль, иначе он ею воспользуется. —Сука…—зло прошипел в ухо, прикрытое растрепавшимися волосами, придавил меня своим телом и… Толкнув в спину встал. Недоуменно проморгалась, отгоняя пелену слез и перевернувшись на спину уставилась на бывшего друга, что быстро заправлял рубашку за ремень брюк. —Почему ты..? Мужчина снова направился к выходу. —А как же наш уговор?! — Я не трахаю сухие бревна. В уговоре я чётко дал понять что намерен получить от траха с тобой удовольствие. Хотел бы долбиться в сухую щель, я бы нанял на это проститутку! Не дав ничего ответить в знак протеста мужчина ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. Громко хлопнув дверью. Свернувшись на кровати калачиком дала волю эмоциям. Столько унижения… Как же это мерзко. Как мучительно долго это будет длится? Ведь предстоит переступить себя и дать ему удовольствие, сделать вид что я готова принять и его, истекая верхом на его члене. Мнительная сволочь… Сдерживаю очередной стон и молчу, пялясь в стену, хотя хотелось бы сказать ему многое. Выплюнуть слова в лицо… Увы, это не пойдёт мне на пользу. Как не пошло на пользу общение с этим психом. Я должна была догадаться, чем всё это мне выльется. Но пока мы молоды, мы очень наивны. *** Как же она меня бесит. Жертву из себя строит, тоже мне, сама невинность. Муженьку то наверняка своему давала, не просто ж так она перед ним так стелется! —Максим Павлович…— в открытую дверь летит стакан с виски, разлетаясь на тысячу мелких осколков. Но Сурик успевает ее прикрыть и по глянцевой поверхности, на паркет стекает янтарная жидкость. —Че блять ты тут трешся?! Сказал для тупых. От Никольского не отходим…— прорычал, сжимая в руках ручку, что жалобно начала трещать. —Мне кажется вы преувеличиваете, он же не жилец… — Завали варежку, он всех ещё переживет. А уж за дочь и вовсе помешает. Поэтому стеречь во все шары за этим «лежачим», а то план перевоспитания накроет я большим, толстым хером. Серёга иногда по полной тупил, но из всех людей что на меня работали, он самый прокачанный. Сурик единственный кто под пули ради моей шкуры лег, собой пожертвовал и т.п. Когда под нож ложился, он больничку под контролем держал, что бы никакая тварь не траванула, и отлично с этим справился чем и заслужил доверие и статус доверенного лица. С похищением Мирки тоже он похлопотал, труп телки похожей нашел, и в уже горящую тачку кинул. С ментами все загладил и заманил бабло недалёкого племянника мужа Миры. Малолетний пиздюк согласился на все, лишь бы отомстить дядьке за девушку… ну в этом у нас были одинаковые цели. —Привези блатных врачей из клиники, пускай в плотную им займутся. Деньги не жалей, попросят, значит дай. На лице отражается непонимание, и интерес. Но практически тут же исчезает, не его собачье дело, какие у меня планы…сейчас. —Я вас понял. Откинувшись в кресле, закурил, смотря на светящийся монитор. Вся комната утыкана камерами, Мира до сих пор лежит на кровати с отстранённым выражением. Ничего подружка, привыкаешь. Если не дура, то выйдет сухой…хотя нет, все же мокрой и хлюпающей. Да, именно. Трахнуть хочется белобрысую сучку до жуткой ломотны, аж крутит всего. Но сам для себя решил, что слаще будет иметь сучку с добровольной подачи. Совсем скоро сама будет стоять передо мной на коленях и выпрашивать член, нужно просто найти верную мотивацию. А что Мирослава любит больше всего? Своего папаню и…свободу. Второго крошка уже лишилась, даже если этого не понимает. А вот первое, у нее есть шанс спасти. *** …—Где Максим?! Я хочу его увидеть, вы говорили ему?— бегала под ногами девушки, выпытывая ответ. Он так и не появлялся, по ощущениям и моим подсчётам прошло дня три с нашего разговора, и нахал как назло тянул до последнего. До последнего вздоха моего отца, или до моей нервной клетке… Если они вообще ещё остались. —Ожидайте, хозяин в курсе ваших требований… —Может стоит мне лично ему это донести. Почему вы меня не выпускаиие? —Так угодно хозяину. И все! Каждый день одни и те же ответы, и одно выражение лица. Девушка выполняла свои обязанности и сваливала. Три дня я долбила своими