Я еще сижу в кафе, здороваюсь с барменом, который тут давно и с которым мы неплохо общаемся. Он подтверждает мою догадку: Анастасия Эдуардовна достала всех, и многие уволились именно из-за нее. Олег закрывал на это глаза, думая, что его девушка делает все правильно, но когда официантов стало не хватать, задумался, и теперь осознание того, что все катится не туда, все чаще приходит ему в голову. Надеюсь только, с этой девушкой у нас не будет конфликтов.
Бармен делает мне вкусный кофе. Не прощаюсь с ним, так как после пар сразу выхожу на смену и буду работать до самой ночи.
Захожу в университет. Как я скучала! Я все же странный студент, раз и правда скучаю по учебе. Но все познается в сравнении, и я поняла, что ту намного лучше, че в тесной съемной комнатушке.
Первая пара у нас как раз с Ангелиной Олеговной, которая ушла сегодня утром раньше, чем я.
Не успеваю подойти к аудитории, как меня кто-то ловит под руку. Пугаюсь, да так, что чуть не падаю. Оборачиваюсь и вижу перед собой Егора собственной персоной.
— Ты больной?! Зачем так пугать людей! — злюсь на него. С появлением бандитов в моей жизни такие вот моменты стали пугать меня до чертиков.
Хочу вырвать руку, но он держит крепко. А потом вообще тянет меня куда-то прочь от нужной нам аудитории.
— Эй! Отпусти! Мне нужно на пару, — пытаюсь вырваться. Если ему не нужна учеба, то мне очень даже нужна. Я не родилась с золотой ложкой во рту.
— Где ты была, Сахарок? — спрашивает он меня, резко останавливаясь, так что я впечатываюсь в его мощную грудь.
Тут же отшатываюсь, но всего лишь на миллиметр, так как сзади меня только стена.
— А тебе какая разница, где я была?! — огрызаюсь, он нервирует меня. Я не понимаю, чего он хочет. Раньше он откровенно издевался и потешался надо мной, а теперь спрашивает, где я была. Чтобы опять посмеяться со своими друзьями?
— Я задал вопрос, не нужно огрызаться, Сахарок, или я могу наказать тебя… — вкрадчиво говорит он, склоняясь ко мне так, что я чувствую его мятное дыхание с примесью табака.
— Ты ненормальный, — уже не так уверенно говорю я и хочу уйти, но он резко ставит свои руки по обе стороны от меня.
— Сахарок, ты уйдёшь тогда, когда я разрешу, не иначе, — хрипло говорит он, а я чувствую, как у меня учащается дыхание и начинает быстрее биться сердце.
Он переводит взгляд от моего лица ниже, а потом я вижу, как его челюсть сжимается от злости.
— Кто это сделал? — глухо спрашивает он, дотрагиваясь до моей шеи, так что от прикосновения его пальцев по моему телу проходит табун мурашек.
Скорее всего, он увидел следы лапищи бандита, которой тот душил меня. Я не стала замазывать их тоналкой, а просто надела свитер с воротом, но он все равно увидел.
— Это… — даже не знаю, что сказать. Правду?! Ему-то она точно не нужна, я вообще не понимаю, что ему нужно. Хотя нет, я знаю… Чтобы я стала его игрушкой. Игрушкой для развлечения богатенького мажора.
— И только попробуй соврать мне сейчас, Сахарок, — вкрадчиво предупреждает он. — Я спрашиваю еще раз! Где ты была?!
Смотрю в его глаза, в которых сейчас виден самый настоящий пожар, разгорающийся с каждой минутой все сильнее. И, кажется, вот-вот он обожжет меня. Его лицо слишком близко от меня, а дыхание щекочет кожу. И я понимаю, что соврать не получится, или я и правда столкнусь с последствиями…
— Мое терпение на пределе! — почти рычит он. — Отвечай! Кто это сделал?!
Глава 20
— Мое терпение на пределе! — почти рычит он. — Отвечай! Кто это сделал?! — требует.
Мне лучше сказать, но отчего-то не хочется посвящать его в это. Он не поймет, только посмеется.
— Егор! — слышу я строгий голос нашего завкафедрой, Андрея Борисовича. — Вы что тут делаете?! Почему не на паре?
Он подходит к нам и теперь видит и меня.
— Вероника, а вы что тут делаете?! У вас и так куча прогулов, — отчитывает он меня, но я даже не возражаю, он прав, а еще он только что спас меня от Егора, который сейчас смотрит в упор на мужчину, и по выражению его лица понятно, что это не самый дружелюбный взгляд. Его кулаки сжимаются, а тело напрягается еще больше. — Мне и так пришлось поговорить с некоторыми преподавателями, потому что вы способная девушка. Надеюсь, вы не хотите лишиться своего места. Вылететь легко, а вот восстановиться очень сложно!