Недовольно рассматривая своё отражение в зеркале, цокаю языком и отворачиваюсь. Ничего. Бывало и хуже. Не привыкать к недосыпам и, соответственно, тёмным кругам под глазами. За последние годы научился жить в таком темпе. Сразу после вуза меня, ещё совсем зелёного, начали активно внедрять в семейный бизнес. Отец с первых дней отнёсся к этому с повышенной серьёзностью. Никаких поблажек! Подкидывая работу, он требовал от меня результатов, не уступающих более опытным сотрудникам! Меня нещадно муштровали. Дрессировали. Не позволяя расслабиться ни на миг. Вот и сейчас, находясь в семейном отпуске, Алексей Леонидович решил вернуться домой пораньше. Оставляет маму и младшего брата нежиться у тёплого моря и первым же рейсом домой. И всё это для того, чтобы я, ни дай бог, не расслабился. Так что на отдых у меня максимум эта ночь. Завтра с утра начнутся суровые, трудовые будни.
— Долго ещё красоваться будешь? Время, Ром!
— Едем, — коротко выдаю я, шагая на выход.
— Ну наконец-то!
Спускаясь по широкой лестнице в клуб, морщусь от нарастающего гула. Музыка. Танцы. Не припомню, чтобы это всё меня когда-то привлекало. Подобные развлечения не моё. Хотя, кто знает, будь у меня больше свободного времени, может, и получилось бы расслабиться.
Демид, обогнав меня, уплывает в толпу танцующей молодёжи, а мне не до танцев, нужно встретиться с Виктором. Админ нашего клуба вечно заседает в своей конуре с документами. Туда сразу же и направляюсь. Бодров трудится на должности администратора клуба уже почти пять лет. Исполнительный малый, работоспособный, но не без недостатков. В общении очень неприятный тип. Скользкий, я бы сказал, но только за это ценные кадры не увольняют. Свою работу знает, выполняет на отлично. Соблюдает субординацию, несмотря на то, что старше меня лет на десять. Ни разу не замечал за ним вольностей. Поэтому свои претензии я держу при себе.
Шагая по слабо освещённому проходу в административной части здания, погружаюсь в тяжёлые думы относительно следующего дня. Встретить отца в аэропорту. Перепроверить все отчёты за последние полгода. Составить план работы на будущее и выслушать новые поручения. И это ещё только верхушка списка.
Неожиданное столкновение с девушкой застаёт меня врасплох. Ненавижу подобные чувства. Не приемлю всё, что не поддаётся контролю. Даже если это дело пары секунд. Впечатавшись мне в грудь своим размалёванным личиком, незнакомка недовольно морщится и, задрав голову вверх, удивлённо открывает рот. Странная. Таращится, будто впервые мужчину видит. Опускаю взгляд на свою рубашку. На ткани остался след от её многослойного, яркого макияжа. Кто такая? Странно одета, во всём облегающем. Хвост этот на макушке, кажется, такой тугой, что глаза приобрели азиатскую раскосость. Гостья клуба? Тогда почему гуляет в части здания, предназначенной для персонала?
Не могу оторваться от изучения её лица. Красивая, но зачем столько красок: жирно накрашенные пушистые ресницы, тональный крем, румяна. Вся кожа блестит. Ещё раз смотрю на рубашку. Несколько блёсток прилипло и ко мне.
— Дешёвая косметика? — ворчливо выдаю я. — Зачем всё это?
«Ой!» — всё, что получаю в ответ, и её глаза становятся ещё больше. И что дальше? Не считает нужным ответить? Всё же испачкала меня. Хотя чего это я? Ничего страшного. Может, у девушки проблемы со слухом или голосом, а я тут со своими претензиями.
— Немая? — продолжаю свой монолог.
Девчонка теряется. Нервно заламывая пальцы рук, прячет взгляд. Неужели я смутил её? Забавная. Наблюдаю, как она отчаянно пытается собраться с мыслями, кусая пухлые губки. Улыбка так и просится, но я подавляю её на корню. Ещё нужно разобраться, кто она такая и что тут забыла!
Неожиданно прилетает резкий ответ, и тут наступает моя очередь теряться. Мало того, что грубит, так еще и на место указывает. Построжиться решила. Брови невольно ползут вверх. Эта раскрашенная кукла умеет ругаться?! Удивительно.
— Ты кто такая? — произношу максимально ровным голосом.
— Василиса. Неприятно познакомиться, — продолжает эта мелкая фурия, задрав нос вверх.
Вижу же, что опасается меня, сторонится. Но уязвлённая гордость не позволяет просто так отступить.
— Рубашку постираете самостоятельно, не надорвётесь. И мне вообще-то некогда! Я спешу!
Обогнув меня по дуге, девчонка шустро улепётывает прочь, стуча высокими каблучками по паркету. Смотрю ей вслед и диву даюсь. Что за колючка? Смутная догадка о её появлении в нашем заведении заставляет ухмыльнуться. Далеко не убежишь, Василиса.