– Не надо, я не хочу.
Отползла от него подальше, он полз за мной, словно змей. Схватил за лодыжку и подтянул к себе. Я вскрикнула, вцепившись ногтями ему в лицо. Он выругался, получив пощёчину, вскочил с кровати. Ярость исказила его черты, превращая в подобие демона.
– В следующий раз советую дать ему то, что он хочет, он всё равно получит своё, от тебя зависит, от чего ты будешь кричать. От боли или удовольствия.
– Передай своему хозяину…
– Я тебе не посыльный.
Хлопнул дверью, ушёл. В комнате осталась лишь тишина, пропитанная страхом и отчаянием.
Утро доброе. Проснулась разбитой. Голова кружилась, скорее всего из-за того, что я уже несколько дней ничего не ела. Кое-как сползая с кровати, босиком подошла к зеркалу в ванной. В отражении увидела молодую девушку, бледную, с глазами красными от слез. Под глазами залегли темные тени, а губы потрескались. Казалось, что жизнь медленно покидает меня, оставляя лишь оболочку.
Умылась, причесалась. Приняла душ. Волосы высушила феном, который нашла в комоде. Новая футболка и белые спортивные штаны. Вышла на балкон, подышать свежим воздухом. Не заметила, как в комнату вошел кто-то еще. Обернулась, вскрикнула. В дверях стоял мужчина, высокий и широкоплечий, с суровым выражением лица. Его темные глаза прожигали меня насквозь.
Вардор, скрестив руки, с ненавистью на меня поглядывал. Я отступила назад, упираясь спиной в решетчатое ограждение. Неожиданно он подхватил меня, усаживая на перила. Холодный металл обжег кожу. Мои ноги болтались в воздухе, а внизу зияла пропасть. Сердце бешено колотилось в груди, готовое вырваться наружу. Страх парализовал меня, лишив дара речи.
– Чего тебе надо?
прошептала я, чувствуя, как по щекам катятся слезы. Вардор молчал, продолжая сверлить меня взглядом. В его глазах читалась не только ненависть, но и какая-то странная, непонятная мне тоска. Он словно боролся сам с собой, пытаясь принять какое-то решение.
Внезапно он склонился ближе, и я почувствовала его горячее дыхание на своем лице.
–Ты знаешь, зачем я здесь - прорычал он, и его голос эхом отозвался в моей голове.
– Ты забрала у меня все: покой. Разум, волю, и теперь должна заплатить!
Я попыталась вырваться, но его хватка была железной. Он держал меня крепко, не давая даже пошевелиться. Мои пальцы судорожно вцепились в его рубашку, пытаясь найти хоть какую-то опору.
– Я тебя не хочу! - закричала я, захлебываясь слезами. "
Но Вардор не слушал. Он продолжал смотреть на меня своими темными, пронзительными глазами, и я чувствовала, как страх все сильнее сковывает меня.
Мир вокруг поплыл, и я поняла, что сейчас произойдет что-то ужасное. Вардор собирался сбросить меня вниз.
Вардору, как оказалось, не нужно было сбрасывать меня, ему было нужно нечто другое. Более мерзкое и низменное – сломать меня, унизить, доказать свою власть не только физически, но и морально. Растоптать мою гордость и достоинство.
Он резко подтянул меня к себе, оставляя сидеть на перекладине балкона, его рука скользнула по моим брюкам, потянула за резинку и, отодвинув в сторону, оказалась в трусиках. Я инстинктивно попыталась свести ноги, но он не позволил.
– Пусти!
Усмехнулся, удерживая меня на месте. Палец его скользнул по нежным складочкам, лаская и раздвигая их. Осторожно надавил на чувствительный бугорок, заставив прикрыть глаза. Попытался проникнуть внутрь пальцем, услышал мой вскрик боли, остановился. Его лицо исказилось от злорадства, наслаждаясь моей беспомощностью и болью.
– Всегда хотел себе чистую жену. Что ж, это даже лучше. Ты будешь делать все, что я скажу. Скоро я сделаю тебя своей.
Я задыхалась, не в силах вымолвить ни слова. Слезы градом катились по щекам, смешиваясь с холодной испариной. Мерзкое чувство грязи и унижения затопило все мое существо. Как он мог так поступить? Как я могла допустить это? Ко мне ни разу не прикоснулся ни один мужчина за все девятнадцать лет.
– Не смей плакать, – прорычал Вардор, сжимая мои щеки
– Слезы тебе не помогут. Они лишь подтвердят твою слабость.
Он грубо вытер мои слезы тыльной стороной ладони. Его взгляд был полон презрения и злорадства. Я чувствовала себя сломанной куклой в его руках, лишенной воли и права на собственное мнение.
– Запомни, – прошептал он, наклоняясь к моему уху. – Ты теперь моя собственность. И я буду делать с тобой все, что захочу. И никто, слышишь? Никто тебя не защитит. Потому что мы с тобой принадлежим друг другу. И никто между нами не станет.
Он отпустил меня, отступив на шаг. Я съежилась на перекладине, чувствуя, как тело дрожит от пережитого ужаса. Внутри меня зияла пустота, словно он вырвал часть моей души.
Я лежала в кровати, рыдая весь день. Только к вечеру взяв себя в руки. Истерика не выход. Надо преподать урок этому придурку. Хочет послушную девочку, он её получит. Только на моих условиях. В голове зрел план, коварный и неотвратимый, как надвигающаяся буря. Я стану его идеалом, воплощением кротости и покорности, но лишь для того, чтобы в нужный момент нанести удар, сокрушающий его самодовольство.