19. Не правильный выбор.
Майя.
Говорят, любовь окрыляет, вдохновляет. Она словно глоток свежего воздуха после долгой разлуки, как первый луч солнца, пробивающийся сквозь серые тучи. Сердце моё трепещет, а душа, вроде как окрылённая словами его признания, парит в невесомости, рассыпая вокруг фейерверк надежд и радужных грез. Каждое его слово – нежный лепесток, ласкающий кожу, каждый взгляд – обещание вечности.
Вот он передо мной, весь как есть, с открытой душой и искренним сердцем. Любит. Боготворит. Благоговеет. Любовь – кислород? Тогда отчего я задыхаюсь сейчас, ощущая эту тяжесть в груди, будто давящий камень? Почему вместо легкости и счастья, меня сковывает страх, а внутри разрастается ледяной комок сомнений?
Любовь – боль. Она дала мне надежду и… уничтожила. Обречённая на муки выбора, разрываюсь между долгом и чувством, между разумом и сердцем. Нет шанса на спасение. Всё бессмысленно. Любви нет. Она – злая иллюзия, мираж в пустыне, обманчивый огонь, который манит, чтобы сжечь дотла.
– Я люблю тебя.
Слова, сорванные моим уходом с его уст, звучали для меня как капля в море ледяной воды, упавшая на раскаленный камень. Они не приносили облегчения, лишь обжигали осознанием запоздалости.
«Слишком поздно, Матвей. Твоя любовь – роскошь, которую я не могу себе позволить. Она – мираж в пустыне, обещающий спасение, но ведущий к гибели.»
– И что это меняет? Я обречена стать женой Вардора. Он меня не отпустит. Он на мне зациклен.
В моём голосе наверное слышалась безнадежность. Вардор – словно тень, нависшая надо мной, отравляющая каждый вздох. Они оба сплели вокруг нас троих кокон из власти и одержимости, из которого, казалось, нет выхода. Обавидятво мне не личность и не любовь, а трофей, подтверждение своего статуса.
Сейчас только до меня дошло что и мой побег и мои отказы – такой абсурд! Матвей не бежит со мной и не пойдёт против брата. Он словно застыл на перепутье, раздираемый долгом и чувствами. Его нерешительность – словно клетка, захлопнувшаяся вокруг моей надежды.
Я было дёрнулась уйти, но рука Матвея сильнее стиснула мою.
– Куда?
– Обратно в свою комнату.
– Нет. Мы что-нибудь придумаем. Но ты не станешь его женой.
Смеясь, касаюсь свободной ладонью его лица. Ласкаю. Веду пальцами к высокой скуле. Он тянется за мной, словно желая продлить ласковую муку. Перехватывает и вторую мою ладонь, цепко стиснув оба запястья. Его взгляд – смесь отчаяния и решимости. Он словно пытается удержать меня, как ускользающее время, как последний луч надежды. Его руки горят, передавая мне импульс его страсти, его борьбы. В этом мимолетном касании – вся его любовь, все его обещания.