Его лицо… Боже, его лицо. Бледное, осунувшееся, с тёмными кругами под глазами. Он выглядел так, будто не спал несколько ночей. Но больше всего меня поразили его глаза — пустые, словно выжженные. В них не было и следа прежней теплоты и нежности, лишь боль и разочарование.
— Привет, Дима, — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и спокойно. Садясь за стол, я старалась не смотреть ему в глаза, боясь выдать себя.
— Оля, я так рад тебя видеть. Ты прекрасно выглядишь, — повторил он, словно заученную фразу.
—Что с тобой случилось? Почему ты хочешь уйти из компании?
— Оля, не делай вид, что тебе есть до этого дело. Ты просто выполняешь поручение моего брата.
«Знал бы ты, Дима, как мне на самом деле нужно знать правду», — подумала я. На кону стояла репутация моей подруги, и я должна была сделать всё, чтобы её спасти.
— Я просто переживаю за тебя, — соврала я, глядя ему в глаза. — Ты всегда любил свою работу. Зачем тебе бросать всё это?
— Я устал быть в тени своего брата, — признался он, отворачиваясь от меня. — Он всегда опережает меня в карьере, всегда получает всё, что хочет. А то, что он пытался заполучить тебя у меня за спиной, стало последней каплей.
— Дима, это неправда, — попыталась я оправдаться, продолжая придерживаться заранее придуманной лжи. — Я просто хотела причинить тебе боль из-за того, как ты со мной поступил. Максим не приставал ко мне, он наоборот хотел успокоить и отрезвить меня, потому что я перебрала на вечеринке.
— Ты лжёшь, Оля, я же вижу, — покачал головой Дима, глядя на меня с грустью. — Ты бы не смогла меня тогда обмануть. Я знаю, как ты на самом деле ко мне относишься.
Я сжала руки под столом, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.
— Я была пьяна и зла на тебя, — голос дрогнул, но я продолжила. — Ты бросил меня ради Лилит, помнишь?
Дима откинулся на спинку стула, будто я ударила его.
— Лилит... — он провел рукой по лицу. — Это была ошибка.
— Как и мой поступок, — я наклонилась вперед, ловя его взгляд. — Максим действительно пытался меня успокоить. А я... я просто хотела сделать тебе больнее. Макс сказал, что твой отец болен и твой уход может его погубить. Не делай этого, прошу тебя. Иначе я буду винить себя всю жизнь.
Тишина между нами стала густой, как смола. Дима откинулся на спинку стула, его пальцы нервно сжимали хрустальный бокал.
— Ты действительно думаешь, я поверю, что Макс просто "успокаивал" тебя? — его голос звучал хрипло. — Я видел, как он смотрит на тебя.
Я резко вдохнула, чувствуя, как предательский румянец заливает щеки.
— Это было...
— Не надо, — он резко поднял руку. — Давай без лжи. Хотя бы здесь.
За окном начал накрапывать дождь, капли стучали по стеклу, как метроном, отсчитывающий время до развязки.
— Хорошо, — я сжала кулаки под столом. — Да, между мной и Максимом что-то было. Но это не то, что ты думаешь.
Дима замер, его глаза расширились.
— Он шантажирует меня, — прошептала я, наклоняясь ближе. — У него компромат на Катю.
Тень пробежала по его лицу.
Шаги за моей спиной заставили нас обоих замолчать. Максим стоял в двух метрах от меня, его лицо было каменным, словно высеченным из гранита.
— Разговор окончен, — произнес он ледяным тоном, и от этого холода мне стало не по себе.
Дима, словно очнувшись, перевел взгляд на брата. В его глазах читалась смесь злости и разочарования.
— Максим, что за игру ты затеял? — процедил он сквозь зубы.
— Дима, успокойся, — ответил тот, сохраняя невозмутимый вид.
— Отвали от Оли, — рявкнул Дима, игнорируя его слова. — Я вернусь в компанию ради отца. Но сделай так, чтобы мы с тобой там не встретились, — пригрозил он, прежде чем резко развернуться и выйти из ресторана, оставив нас вдвоём.
Максим медленно подошёл ко мне, его глаза горели тёмным огнём. Я поежилась, чувствуя, как по коже бегут мурашки. Он словно хищник, готовый напасть на свою жертву.
— Ты нарушила правила, — прошептал он, и его дыхание обожгло мою шею. — Теперь Катя заплатит за это.
— Но Дима же вернётся в компанию! Я сделала всё, о чём ты просил! — простонала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы отчаяния.
— Ты рассказала ему о нашей, так сказать, договорённости, — усмехнулся Максим, — а теперь весь компромат на твою драгоценную подругу попадёт в сеть. Наслаждайся её позором, Оля.
— Нет, Максим, умоляю… — взмолилась я, хватая его за запястья. — Я сделаю всё, что ты скажешь. Только оставь её в покое, пожалуйста!