Макс взял меня за плечи и вгляделся в мои глаза. Его взгляд был слишком близко, слишком жёг, и я резко отвела лицо, выскользнув из его рук.
- Хорошо. Давай поговорим, - сказала я холодно, стараясь не показать, как дрожит внутри каждая клетка. - Проходи.
Я указала на кухню, и он пошёл следом. Я чувствовала его взгляд на своей спине, будто прикосновение, от которого невозможно скрыться.
Максим сел за стол, положив ладони на поверхность, будто хотел показать - он открыт. Но в его позе всё равно чувствовалась напряжённая готовность к бою. Я налила себе воды, хотя прекрасно понимала, что пить не смогу. Руки дрожали.
- Начинай, - сказала я сухо, не глядя на него.
Он долго молчал, а потом заговорил. Голос низкий, спокойный, слишком сдержанный для человека, которого я хотела видеть взбешённым и честным.
- Да, я был на свадьбе, - произнёс он. - Потому что так потребовал отец. Это было частью сделки, частью долбаной «семейной политики».
Я подняла глаза.
- А блондинка?
На лице его мелькнула тень раздражения.
- Она - дочь партнёра отца. И должна была быть рядом что бы показать силу нашей компании. Только для этого.
Я усмехнулась горько, почти с ненавистью.
- То есть я - твоя слабость? Я, выходит, позор для вашего семейства? - я вздохнула с досадой. - И ты даже не подумал, что я всё равно узнаю? Что фотографии всё равно вылезут?
- Я хотел рассказать лично, - резко бросил он. - Но у меня не было времени.
- У тебя не было времени или смелости? - я вскинула голову. - Проще сказать, что уезжаешь по работе, чем признаться: «Знаешь, Оля, я лечу на свадьбу к брату и буду позировать с другой женщиной».
Его пальцы сжались в кулак.
- Чёрт, Оля… ты думаешь, я наслаждался этим цирком? Думаешь, мне легко было держать руку на талии той, кого я даже не хотел видеть рядом?
- Но ты держал, - прошептала я, и горло сжалось. - И ты молчал.
Максим резко поднялся из-за стола. Его шаги прозвучали громко по кухне. Он оказался рядом быстрее, чем я успела отреагировать. Его пальцы вцепились в край стола, будто сдерживая себя, чтобы не схватить меня.
- Я молчал, потому что боялся потерять тебя, - сказал он тихо, но с таким напряжением, что у меня побежали мурашки. - Потому что знал: ты не простишь. Ты подумаешь именно то, о чем подумаешь сейчас.
Я сжала чашку так сильно, что та чуть не треснула.
- А что, я должна радоваться? Благодарить, что ты хоть не поцеловал её?
Он шагнул ближе. Его взгляд обжигал.
- Я ни разу не посмотрел на неё так, как смотрю на тебя. Ни разу.
В горле встал ком. Я не знала, верить ли этим словам или нет. Я ненавидела его за тайны. Но ещё больше ненавидела себя - за то, что каждая его фраза разрывала меня изнутри, а сердце всё равно билось сильнее при одном его взгляде.
Я выпрямилась, прижалась к стене, стараясь держать лицо каменным.
- Значит, ты приехал ради этого? Повторять, что всё было «для показухи»? Клясться, что я единственная? А потом снова скрывать?
- Я приехал, - он резко схватил меня за запястья, притянув ближе, - чтобы сказать: плевать я хотел на отца, на его бизнес, на все эти браки по договору. Если придётся выбирать, я выберу тебя.
Его дыхание было горячим, его глаза - такими тёмными и близкими, что я теряла самообладание.
- Не смей… - прошептала я, чувствуя, как во мне борется злость и желание. - Не смей говорить это, если не готов исполнить.
- Готов, - его губы скользнули к моему виску. - И я докажу.
Его слова жгли мне кожу, даже если я ещё пыталась сопротивляться. Сердце билось так громко, что я почти не слышала собственного голоса.
- Ты умеешь обещать красиво, Максим… - прошептала я, но вместо злости в голосе прозвучала дрожь.
Он сильнее прижал к стене кухни. Его ладони сомкнулись на моих запястьях, поднимая руки вверх, и я ощутила себя полностью в его власти. Его тело нависало надо мной, и каждое движение, каждый вдох отдавался вибрацией внутри меня.
- Я не обещаю, Оля, - его голос был низким, хриплым. - Я заявляю. Ты моя. И я докажу это сейчас.
Я дёрнулась, пытаясь вырваться, но он только сильнее прижал меня. Его глаза сверкали - злость, ревность, страсть. Всё смешалось.
- Отпусти, - выдохнула я, сама не веря в эти слова.
- Никогда, - он наклонился ближе, его губы едва коснулись моей щеки. - Ты думаешь, что я смогу позволить тебе уйти? После всего, что было? После того, как я чувствовал тебя, слышал твои стоны, видел, как ты сходишь с ума от моих прикосновений?