Хорошо. Как только приеду - мы встретимся. Обещаю.
Я положила телефон, но облегчения не почувствовала. Скорее - пустоту.
Глава 57
Больше мы с Максимом не общались. Прошло уже пять дней с момента его внезапной поездки, и за это время тишина между нами стала почти осязаемой - как холодная стена, через которую ни слова, ни чувства не могут пробиться.
Но каждое утро, ровно в одно и то же время, в дверь звонил курьер. На пороге - очередной букет. Розы, орхидеи, лилии - роскошные, дорогие, пахнущие сладко и тяжело.
Я уже не знала, куда их ставить. Вся квартира превратилась в маленький оранжерейный плен.
Я понимала: это его способ просить прощения, молча, без звонков, без объяснений. Но ведь всё можно было не доводить до этого. Можно было просто не уезжать. Не с ней.
Каждый новый букет вызывал во мне не радость, а раздражение.
Как будто он пытался заткнуть мои обиды лепестками, купить молчание ароматом цветов.
А может, он действительно думает, что так можно исправить всё? - пронеслось в голове, и от этой мысли стало особенно горько.
Я поставила очередной букет на подоконник - к другим, уже начинавшим увядать. Комната пахла сладко и глухо, этот запах был почти невыносим. Он давил, как напоминание о том, чего я больше не могла контролировать.
А ещё меня бесило другое - я не знала, где он сейчас. Где он и что делает с ней..
Я пролистала все соцсети, как безумная, хотя сама же презирала себя за это.
Проверила аккаунты друзей, знакомых, партнёров по бизнесу - пусто. Даже у Лилит - ни одной новой фотографии, ни единого намёка.
И от этой неизвестности становилось хуже. Моя ревность медленно, почти незаметно, начала меня съедать. Не громко, не вспышкой - а тихо, изнутри, как яд.
Я поймала себя на том, что жду уведомления. Любого. Хоть какой-то новости от него.
Хотя клялась себе, что больше не хочу ничего слышать.
Так и пролетели эти пять дней. Вечером в дверь позвонили. Что-то внутри меня сжалось - мгновенно, почти болезненно.
Может, это он?
Я подошла к домофону, и на экране, как обычно, - огромный букет.
Понятно. Курьер просто выбился из графика. С сарказмом подумала я и тяжело выдохнула.
Накинув чёрный шёлковый халат, я пошла к двери и открыла её.
- Здравствуйте, - машинально произнесла я и замерла.
На пороге стоял не курьер.
Дима.
С букетом красных роз.
- Привет, - с лёгкой улыбкой сказал он. -Я войду?
Он даже не дожидался ответа - просто переступил порог и, как всегда, уверенно прошёл в коридор.
- Это тебе, - добавил он, протягивая букет. - Хотя, как я вижу, в цветах ты сейчас не испытываешь недостатка.
Его взгляд скользнул по комнате, по вазам, стоящим на каждом свободном месте.
Я наконец-то вышла из оцепенения и взяла розы.
- Спасибо… но что ты здесь делаешь? - спросила я, невольно оглядывая его.
Он выглядел безупречно - просто, но уверенно: тёмные джинсы, чёрное худи, подчёркивало его широкие плечи, чуть растрёпанные волосы.
На его фоне я чувствовала себя слишком домашней и простой, слишком неготовой к этой встрече.
Его глаза остановились на моём лице - долго, пристально, будто пытались прочесть всё, что со мной происходит.
- Я приехал поговорить, — сказал он наконец, и его голос стал жёстким.
- И разговор будет… неприятным.
В груди что-то сжалось.
- О чём? - выдохнула я, чувствуя, как где-то внутри зарождается тревога.
Дима сделал шаг ближе.
Теперь между нами оставалось всего несколько сантиметров, и я почувствовала запах его парфюма - знакомый, резковатый, будто из прошлого.
- О нас, - ответил он тихо. - И о Максиме.
- О нас? - переспросила я, проходя в гостиную.
- Ты меня даже на свадьбу не позвал, - с иронией бросила я через плечо и направилась к полке за ещё одной вазой. - Хотя, наверное, и без меня там было весело.
- Очень смешно, Оля, - отозвался Дима, заходя следом. В его голосе не было ни капли улыбки. - Ты же знаешь, что эта свадьба -просто картинка для отца.
Я повернулась к нему, сжимая в руках стеклянную вазу.
- Да, я смотрю, у всей вашей семьи всё - одна сплошная картинка, - сказала я уже с раздражением. - Всё ради того, чтобы папа был доволен. Чтобы не разозлился, не перекрыл вам доступ к своим золотым жилам.
Лицо Димы окаменело. Черты лица заострились, глаза потемнели.
Мои слова попали точно в цель.
- Ну раз уж ты такая острая на язык, Оля, - произнёс он медленно, усмехнувшись уголком губ, - скажу прямо. Я приехал по поручению отца.