Подошел Фома и тоже посмотрел туда, куда скрылась Анна Радомская. Не поворачивая головы, Константин сказал:
- Если ты засмеешься, получишь в зубы. И смеяться будет нечем.
Фома не смеялся, но, сомнений не было, он улыбался.
- Ты думаешь, это меня остановит?
Было известно, эти двое готовы были сцепиться по самому незначительному поводу. Михаил отправил Фому с Константином в качестве телохранителя и напутствовал друзей шутливой просьбой не поубивать друг друга хотя бы до возвращения домой. Шесть воинов, выделенных для сопровождения Михаилом, должны были не допустить этого.
- Во всяком случае, продолжать смеяться без зубов, тебе будет значительно труднее! – пообещал Константин.
- Чем ты недоволен? Ты должен плясать от радости! Тебе уже не нужно выставлять себя подонком, она и без этого прямо сказала именно то, что ты хотел услышать.
-Прямо сказала! – передразнил Константин. – Ты всё прослушал, как всегда. Эта маленькая стерва тоже не хочет выходить за меня замуж, но желает, чтобы инициатива исходила от меня, а ты знаешь, что я не могу разорвать помолвку, как бы мне этого не хотелось.
- Может, объяснить ей твоё положение, и она сама расторгнет помолвку? Она на твоей стороне, друг мой. Ты ей не нужен.
Выпалив это, Фома наконец не удержался и разразился смехом. Ситуация была ужасно смешной, а гнев Константина ещё забавнее. Ну разве можно представить себе, что женщина, у которой оказалась возможность выйти замуж за Константина – не воспользовалась удобным случаем в то время, как сотни других готовы были чуть ли не на убийство, лишь бы оказаться на её месте?
- Кстати, - Фома решил подлить масла в огонь. – По-моему, твоё фирменное призрение не произвело на неё никакого впечатления, да оно и понятно, я ведь видел, как ты на неё смотрел, пока не узнал кто она на самом деле!
Фома замолк, его просто душил смех.
- Господи, представляю, какие физиономии будут у Михаила и Якова! Да они просто мне не поверят!
Глава 7.
Глава 7.
- Прошу вас, Константин. Вы ведь разрешите мне называть вас так?
Не дожидаясь ответа, Александр грузно уселся за свой письменный стол. Его кабинет соответствовал образу хозяина – немолодого и не любящего пышности человека, всё это напомнило Константину кабинет собственного отца.
- Хоть мы никогда не встречались, мне кажется, я знаю вас всю жизнь, - начал Александр. – Ваш отец только о вас и говорил. Он так гордился вашими успехами и очень переживал, что у него не было возможности брать вас с собой в путешествия и на охоту. Ваше образование было важнее, особенно, если учесть, что вы обучались у тех же учителей что и сам крон-принц. Я вспоминаю его, когда…
Александр предавался воспоминаниям ещё около часа. От Константина требовалось только время от времени вставлять пару слов, а в основном слушать, и он слушал, жадно, узнавая об отце такие вещи, о который и не подозревал. Раздражение, которое он поначалу испытывал к барону, постепенно слабело, а когда Александр закончил свою речь словами: «Мне, знаете ли, до сих пор не хватает его» - прошло совсем.
Смешно сказать, но Константин чувствовал, что чертовски близок к тому, чтобы расплакаться, а ведь он не плакал с тех пор, как перестал быть маленьким ребенком. Ему тоже не хватало отца, но только сейчас он понял, как сильно.
Константин представлял встречу с бароном совсем иначе, и конечно, все его предположения пошли прахом, не говоря уже о встрече с невестой, которая оказалась довольно неожиданной.
Константин рисовал в своем воображении избалованную и пустую аристократку, которую можно легко запугать. Но как, скажите на милость, запугивать эту дерзкую, мелкую бабенку? Она говорила, что хотела. Она одевалась как крестьянка, вернее, как крестьянин. И ездила на лошади так, словно была рождена в седле. Казалось, в ней нет ни робости, ни застенчивости. И, кроме того, она, чёрт возьми, не хотела выходить за него!
Константин сам не мог понять свои чувства, но уж облегчением, как решил Фома, там и не пахло. Его отвергли. Отвергли! Это был единственный опыт в его жизни. Константина Полонского, отвергла женщина! Смешно кому сказать.